Мусорный бизнес криминал: кто поделит 200 млрд рублей на рынке отходов

Содержание

Бизнес, который попахивает | Международный криминал

Контрабанда и сутенерство, торговля наркотиками и оружием, киднеппинг — так мафия зарабатывает свои капиталы. Как известно, деньги не пахнут. Мафиози в Штатах об этом помнят и не брезгуют такими источниками доходов, как мусорный бизнес. И надо сказать, он приносит хорошую прибыль.

Взаимовыгодное сотрудничество
Человечество оставляло после себя мусор, пожалуй, во все времена. Что поделаешь, это отходы
нашей жизнедеятельности. Но до последних десятилетий XIX века проблема утилизации не была такой острой. Мусор сваливали в реки, складировали на пустырях. Однако промышленная революция внесла свои коррективы. Население планеты увеличивалось, промышленное производство поставляло немыслимое количество отходов, средние и крупные американские города начали утопать в свалках.
Муниципалитеты ограничивались голословными обещаниями. Утилизация бытовых и промышленных отходов в те годы была признана бесперспективным и убыточным делом.
И тогда в середине 1920-х за него взялись мафиозные кланы. Деньги на новые инвестиции у них были — заработанные на бутлегерстве. “Передовиком производства” в мусорном бизнесе стала семья Гамбино.
Не хочешь платить — забастовка
Успех в таком деле напрямую зависел от профсоюзов. Вернее, от их руководителей. У “коза ностры” не было проблем с нужными контактами: в первой трети прошлого века главы рабочих организаций нередко просили у кланов помощи — отваживать штрейкбрехеров во время забастовок, защищать толпу на митингах и демонстрациях, устраивать провокации для администрации предприятий или полиции. При этом профсоюзы мусорщиков Нью-Йорка увидели возможность дополнительного заработка. И в начале 30-х их лидерами стали люди, связанные с мафией. Они беспрепятственно заходили в кабинеты муниципальных “шишек” и руководителей предприятий, чтобы озвучить цену на вывоз отходов. Не хочешь платить — получай забастовку мусорщиков и наслаждайся “ароматом”, пока не согласишься. “Коза ностра” “скупила” санитарных инспекторов.
Едва начиналась забастовка мусорщиков, как проверяющие заявлялись к “провинившемуся” руководителю и впаивали такой штраф, что он сам бежал
к профсоюзным боссам и соглашался на любые условия. Даже на откровенно грабительские.
Не осталась в стороне от кормушки и инспекция по утилизации отходов. Раньше мусорные полигоны разрешено было организовывать только далеко за городской чертой. Теперь они появлялись прямо на окраинах, что позволяло мафии и профсоюзным лидерам серьезно экономить на транспортных расходах. Недовольство местных жителей во внимание не принималось.
Мусорный беспредел
Схема оказалась рабочей, в связи с чем стала внедряться во всех крупных городах Америки. Полиции мусорный беспредел не пришелся по душе. На семью Гамбино была объявлена охота. Однако мафиози не скупились на оплату адвокатских услуг и “правильных” свидетельских показаний. Сыграла свою роль и тактика запугивания. Так что усилия копов не увенчались успехом.
Во второй половине XX века семью Гамбино возглавлял Джон Готти. Его неоднократно обвиняли в тяжелых преступлениях, но он каждый раз уходил с судебного заседания победителем. Даже налоговой полиции не удалось засадить дона за решетку. Власти так и не смогли доказать, что Тефлоновый Барон (это кличка Готти) зарабатывал в год больше 30 тысяч долларов. Именно эту сумму он старательно декларировал, числясь сантехником при муниципалитете.
Удача улыбнулась правоохранителям только в начале 1990-х. Прокуратура сумела получить показания Сэма Гравано, и “крестный отец” клана Гамбино загремел в тюрьму пожизненно. В 2002-м, после 10 лет отсидки, он скончался за решеткой от злокачественной опухоли гортани. Позиции “коза ностры” к тому времени сильно пошатнулись.
Ответный удар мафии
Мусорная империя Гамбино рухнула. Стоимость эвакуации отходов теперь согласовывалась с Управлением потребительских рынков. Однако законность на деле была миражом: профсоюзы при поддержке мафиози выставляли цены, которые серьезно превышали оговоренные. Порой разница достигала 50% — в пользу мусорщиков, разумеется. От безысходности потребители соглашались.
А тех, кто был слишком упрям, просто убирали. Как тех двух перевозчиков, которых расстреляли за отказ работать по невыгодным ставкам. Чужаков на мусорный рынок не пускали. Свой кусок мог получить только тот, кого одобрили мафиозные кланы.
Хьюстонская инициатива
В начале 1993 года на нью-йоркский мусороуборочный рынок решила зайти корпорация BFI (Browning-Ferris Industries) из Хьюстона. Ее главе даже удалось подписать контракт, после чего он
на собственной лужайке нашел отрубленную собачью голову. В ее пасти торчала записка: Welcome to New York. Но у одного из совладельцев компании, Уильяма Рукелшауса, за плечами был опыт работы в ФБР и прокуратуре. Связей он не растерял; BFI начала выдавливать мафию с рынка и подминать бизнес под себя.
Дальше — больше: настоящие шпионские страсти, секретная операция, внедрение “своего человека” в ОПГ, провокация и запись нечаянных откровений на пленку. План удался, итальянцам пришлось отступить.
Но это не значило, что они сдались.
Красивое слово “саботаж”
Кланы уже не рисковали оказывать давление на потенциальных клиентов. Но они придумали оригинальный ход, который подрывал репутацию BFI. И не пожалели денег на воплощение идеи.
Рано поутру мусоровозы мафии подъезжали к объекту, выгребали из контейнеров отходы и отъезжали на безопасное расстояние.
Там водитель с оператором мирно дремали, пока не появлялась машина удачливых конкурентов. Поскольку баки были пусты, мусорщики BFI уезжали на следующий объект. Хитроумные итальянцы немедленно возвращали все на исходное место. А через несколько минут появлялся санинспектор. Конечно же, он был недоволен состоянием мусорной площадки
и выписывал штраф.
Этим мафиози не ограничивались. Их машины сталкивали с дорожного полотна мусоровозы BFI. Дошло до того, что эвакуаторы отходов передвигались по городу под конвоем полицейских машин.
Надо сказать, далеко не все горожане одобряли действия BFI.
С мафиозными разборками они не сталкивались, прежние мусорщики исправно вывозили отходы, о прочих тонкостях население не знало. Многие считали, что корпорация элементарно “отжимает” фамильный бизнес у добропорядочных семей. А они ведь занимались им много лет! Причем весьма успешно.
Кланы убрали —
проблемы остались
Впрочем, мусорный бизнес все же стал более упорядоченным и законным. Немалую роль сыграло и распоряжение нового нью-йоркского мэра: городской совет принял закон, по которому все подрядчики обязаны были пройти проверку на любые связи с мафиозными структурами.
Методика оказалась действенной. Уже через полгода десятки мусорных компаний остались без выгодных контрактов. У многих из них
и вовсе были отозваны лицензии.
Вроде бы добро одержало верх над злом. Честные потребители должны быть рады. Но это не так. Из года в год цены на эвакуацию мусора растут: конкуренции (а значит, и альтернативы) нет, рынок под контролем корпораций, стоимостную политику сдерживать некому. Постоянные клиенты, которые еще помнят прежние времена, с грустью отмечают, что не видят никаких улучшений. Какая разница, кто тебя грабит — клан Гамбино или компания Browning-Ferris Industries? Главное, что грабят.
Вадим Курлат

«Мусорный бизнес сейчас – криминальный». Эколог предложила ввести электронный контроль за отходами

В России предлагают отменить НДФЛ за продажу вторсырья. По мнению депутатов, разрабатывающих этот законопроект, налог ограничивает обороты сбора отходов на переработку.

Отмена налога должна быть частью целого комплекса мер, направленных на выведение мусорного бизнеса из криминальной сферы, заявила в эфире «Радио 1» научный руководитель автономной некоммерческой организации «Равноправие» Наталья Соколова.

«В России, как и во всём мире, бизнес, связанный с мусорной темой, является, зачастую, «чёрной» или «серой» зоной. И сейчас одна из задач нашей страны – декриминализация сферы обращения с отходами. Это не значит, что вторсырья сдавали мало – его сдавали и сдают много: и пластика, и картона, и, конечно, металла. Металл – большая часть вторсырья. И часто люди крадут государственное имущество: кабели и так далее, и сдают в нелегальные пункты приёма. Конечно, они никакие налоги не платят, не сдают никакие декларации. То есть сформирована целая криминальная отрасль, полностью неподконтрольная государству. А потом этот металлолом вывозят за границу, экспортируют. Так что в данный момент нужны комплексные действия. Просто отмена налога не изменит ситуацию»

, – сказала Соколова.

По её мнению, декриминализовать мусорный бизнес помог бы электронный контроль за отходами.

«Без создания электронной системы сквозного прослеживания отходов – от образователя отходов до его приёмщика, до переработчика и до захоронения «хвостов» после переработки, не будет никакого порядка. Это будет полумера и просто поддержка переработчиков. А они, поверьте, не бедствуют. Поэтому законопроект должен предусматривать отслеживание в электронном формате отходов на всех стадиях жизненного цикла, это поможет легализовать и систематизировать данную работу. Чтобы потом ничего не попадало нелегально на полигоны», – пояснила Соколова.

Проект по отмене НДФЛ предлагают депутаты Алексей Канаев и Николай Валуев.

Они отмечают, что сейчас в пунктах приёма каждый год собирается около 40 млн тонн вторсырья. По их оценке, после отмены НДФЛ обороты могут вырасти примерно до 70 млн тонн.

Более 560 свалок ликвидировали с начала года в Московской области

Почти 5 тысяч подмосковных юрлиц вывозят мусор по договору

Вторая жизнь крупных отходов. Куда уходят старая мебель и техника?

Три «К» мусорной проблемы в России: канцерогены, криминал и коррупция

Из-за отсутствия полигонов для утилизации отходов или исчерпанности их емкости, а также резкого подорожания услуги для населения 19 регионов России могут столкнуться с мусорным коллапсом в самое ближайшее время. Такие данные были получены в результате мониторинга Комитета Госдумы по экологии и охране окружающей среды.

Глава комитета Владимир Бурматов заявил, что данная проблема грозит Алтайскому краю, Башкирии, Бурятии, Москве и Московской области, Кабардино-Балкарии, Краснодарскому краю, Крыму, Коми, Дагестану, Ингушетии, Калужской, Кемеровской, Курганской, Ленинградской, Магаданской, Орловской, Самарской и Тверской областям.

«В этих регионах граждане вместо подарка под елкой 1 января могут увидеть под этой елкой кучу мусора», – указал депутат.

Господин Бурматов назвал несколько проблем, которые угрожают указанным регионам. Главная из них – незавершенность процедур по выборам региональных операторов. Именно они должны подать величину тарифа в единый тарифный орган на согласование.

«Только тогда становится понятно, кто, откуда, сколько, куда и за сколько денег мусора вывозит, – сообщил парламентарий. – Если хотя бы одна величина остается непонятной, 1 января региональный оператор, даже если он выбран, говорит: я не понимаю тариф, я не понимаю, сколько я за это получу, я не буду этим заниматься».

Сейчас, по словам Владимира Бурматова, в одном регионе может быть несколько подрядных организаций. «Порой это причудливые структуры, – отметил депутат. – Многие из них держат ребята с прическами из 90-х годов, и манеры у них тоже из 90-х годов».

Чтобы декриминализировать данную ситуацию и сделать ее более понятной, и была задумана процедура единых региональных операторов, которых в субъекте может быть несколько. Сейчас вся страна поделена не только на 85 субъектов Российской Федерации, но и на 240 «мусорных зон», рассказал депутат. Это связано с тем, что есть регионы типа Красноярского края, например, у которых большая площадь. Там в одном регионе в разных зонах неравные условия – за Полярным кругом или в том же Красноярске. Поэтому там будут выбраны разные операторы.

Мониторинг Госдума завершила неделю назад. Выяснилось, что полностью на новую систему обращения с твердыми коммунальными отходами перешли только 12 субъектов России.

«За них можно не волноваться. Там точно не будет мусорного коллапса 1 января, потому что там выбраны региональные операторы, установлены тарифы, нормативы накопления и прочее, – заверил господин Бурматов. – Они работают по новой системе, на которую они перешли заранее».

Во всем мире мусор – очень прибыльная сфера. Так, из полусотни автомобильных шин получается покрытие для спортивных площадок. Из пластиковых бутылок можно изготовить высококлассную черепицу. Из битого стекла – сантехнику.

«Есть страны, которые импортируют, то есть завозят к себе мусор. Они понимают, что мусор – это ресурс, это сырье», – заметил Владимир Бурматов.

У нас же вторую жизнь получают лишь мусорные полигоны. В «Кучино», например, хотят завезти новый грунт и построить лыжную трассу.

Почему же Россия вновь «изобретает велосипед», в то время как в странах с развитой экономикой спокойно справляются с мусорной проблемой? По словам главы профильного комитета Госдумы, для многих финансовых структур, которые занимаются сейчас отходами и которые очень плотно «срослись» с региональной властью в ряде субъектов Российской Федерации, очень невыгодно делать систему прозрачнее, потому что придется заниматься раздельным сбором, мусоросортировкой, мусоропереработкой, утилизацией и т.д.

«Куча головняков, – указал господин Бурматов. – А сейчас якобы закрытый полигон, ставишь на него веб-камеру, за три минуты пять мусоровозов проезжает под шлагбаум».

Поразительно, но сегодня большинство полигонов вообще не лицензировано. Это пустыри, которые просто называют полигонами. «Эти парни собирают деньги с населения, а потом к нам приходят и говорят: вы должны сейчас потратить деньги бюджетные на рекультивацию этих полигонов, – рассказывает депутат. – Мы говорим: все эти годы с этого полигона деньги кто получал? Накопленный ущерб есть. Дышат этим все граждане. Одна свалка выделяет канцерогенов, продуктов горения сопоставимо с крупным металлургическим производством».

Только на металлургическом производстве фильтры есть, а здесь все в легких граждан. Еще и строчку в бюджете требуют, чтобы рекультивацию сделало государство. Очевидно, что эти деятели заинтересованы в сохранении статуса-кво, чтобы все оставалось как есть. Но депутаты им эту систему уже порушили, проведя год назад мусорную реформу.

Теперь, чтобы появился новый полигон, надо провести публичные слушания. Чтобы мусороперерабатывающий завод построить, нужно согласовать это с местными жителями, которые своего согласия могут и не дать.

Господин Бурматов пояснил, почему на данной процедуре настаивали депутаты: «Это уводит коммуникацию с митинговой активности, где никто никогда ни о чем не договорится, в обсуждение — идите, договаривайтесь с людьми, доказывайте, почему у вас будет нулевой выброс. Если он будет. А если не будет, тогда предлагайте альтернативы, варианты решения».

Сегодня захоронение отдельных фракций полностью запрещено, возможна лишь переработка. Но, раз на мусоре можно делать деньги, законодательные новации на местах встречают иногда тихий, а иногда оглушительный саботаж. Практически нигде в регионах не занимаются, например, раздельным сбором мусора. Есть исключения — Санкт-Петербург, Мордовия, Севастополь. Они этим занялись, потому что они считают, что для них это экономически выгодно.

«Представляете, выброшенная в урну и потом ушедшая на переработку бумага – всего 10% от общего объема можно переработать. А раздельно собранная бумага – 90%. Вот вам экономика, – отметил Владимир Бурматов. – А у нас заводы стоят загруженные на 30-40% по переработке бумаги, пластика, стеклобоя, цветных металлов и так далее. Они говорят: давайте сырье. А им в ответ: нет, оно едет на полигон гнить, извините».

Почему же «мусорная реформа» так тормозит? Только ли корысть местных бизнесменов не дает регионам избавиться от зловонных полигонов?

Генеральный директор Ассоциации нижегородских предпринимателей в области обращения с отходами Артем Патрин объяснил Царьграду, отчего реформа была похожа на «операцию по удалению аппендицита».

«Пока больной лежал долгие годы на операционном столе, три хирурга – Министерство экологии, Минстрой и Минпром думали, как же провести операцию, – рассказал бизнесмен. – Министерство экологии знает где, Минстрой – как, а Минпром говорит, что даст инструментарий. Пока согласовывали между собой, время ушло, был первый этап, когда отмораторили введение. Сейчас больному, возможно, повезло, у него остался один хирург – Министерство экологии, но очень суровый. Если послушать министра экологии, доктор сказал в морг, значит в морг. Реформа будет реализовываться с 1-го числа повсеместно, несмотря ни на что».

Несмотря на то, что во многих регионах до сих пор отсутствуют тарифы. По словам эксперта, ошибки в определении этих величин быть не должно. Если будет увеличение тарифов, это приведет к социальному взрыву. Если же ошибутся в сторону уменьшения, это доведет до банкротства региональных операторов.

«Может быть, не стоит так с плеча вводить во всех регионах, если сейчас проведена аналитика, – считает господин Патрин. – Может, в ручном режиме с помощью Министерства экологии, общественности, Комитета по экологии Госдумы отработать каждый регион и не получить сильнейший мусорный коллапс».

Владимир Бурматов уверен, что все регионы должны быть в одинаковом положении. 19 субъектов внесены в зону риска. Но ведь остальные 65 все сделали. Они успели и региональных операторов выбрать, и тарифы определить, и нормативы накопления у них приличные. Как быть с ними?

«Сказать им, вы не дали этим зажравшимся товарищам пролоббировать свои интересы? А вот эти недоработали, а мы им: хорошо, не проводите мусорную реформу, пусть у вас будет, как было», – возмущается господин Бурматов.

Отметим, что мусорная реформа уже неоднократно переносилась, сроки ее реализации сдвигались, как раз потому, что несколько министерств, которые этим занимались, как сказал Артем Патрин, «три хирурга», не могли между собой договориться. В итоге Госдуме пришлось этот законопроект разрабатывать и принимать в конце прошлого года. Сейчас нормативная база есть. «Я считаю, если будет, что называется, воля Минприроды, они дожмут и по этим 19 регионам», – заключил Владимир Бурматов.

Новый участок под Новосибирском для мусорного полигона рассмотрела спецкомиссия

В регионе вернулись к обсуждению строительства двух новых мусорных полигонов и сортировочных заводов в рамках концессионного соглашения, замороженного несколько лет назад. Камень преткновения ─ его местоположение. Оказалось, очень сложно найти площадку, которая бы устроила всех: бизнес, власть и общественников. Очередной земельный участок рассмотрела 29 июня  специальная комиссия.

Земельный участок расположен между сёлами Плотниково и Гусиный брод в 20 километрах от Новосибирска. Из 270 гектаров надо определить 50, где будут складировать и сортировать отходы. Мнения участников выездного совещания разделились.

Представитель инициативной группы «Поможем реке Издревая» Юлия Колеватова высказалась против размещения полигона на данном земельном участке, так как «здесь расположены коренные леса и реки».
«Только полный комплекс изысканий покажет, можем ли рассматривать этот вариант как полигон», ─ отметил представитель геологоразведочной компании Анатолий Кузьменков.

Проект строительства двух мусоросортировочных заводов в регионе обсуждают уже пять лет. Одна площадка определена в районе Верх-Тулы. На Правом берегу участники процесса по-прежнему не могут прийти к компромиссу. Это уже четвёртый из предложенных вариантов. В региональном правительстве участок выбирали, учитывая, в том числе расстояние от границ Новосибирска. Каждый дополнительный километр отразится на тарифе.

Заместитель губернатора Новосибирской области Сергей Сёмка считает, нужно начать геологическое и экологическое изучение этого участка, и по результатам исследований принять окончательное решение.

Необходимость строительства нового полигона особо остро ощущается рядом с Гусинобродской свалкой, в том числе из-за характерного запаха, который распространяется далеко за границами мусорной площадки. Отходы здесь складируют с 1967 года. Через несколько лет ресурс площадки будет полностью исчерпан.

Утилизацию отходов на новом полигоне планируют сделать максимально безвредной для экологии. Современные технологии позволяют превратить мусорные кучи чуть ли не в живописные уголки.

«Ужесточились требования, связанные с защитой грунта от складируемых отходов. Обязательно должны быть отвод газа, влаги и так далее», ─ пояснил министр жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Новосибирской области Денис Архипов.

Когда приступят к строительству полигона и заводов, станет понятно через полтора месяца, после результатов экспертизы. Параллельно, на случай отрицательного заключения, будут искать альтернативные участки.

Чемезов против Чайки

Свалка в Орехово-Зуевском районе Московской области. Андрей Стенин/РИА Новости

Массовые отравления, экоцид и угрозы стали эффективным оружием в борьбе за трон «мусорных короля» Московского региона. При этом, социальная и политическая ситуация в Московской области накануне президентских выборов раскалена до предела. Жители открыто говорят о связи региональных властей с мусорной мафией и не верят обещаниям.

Заложники «мусорных войн»

Более двадцати миллионов жителей Москвы и Подмосковья стали заложниками борьбы политических и криминальных группировок за «мусорный бизнес». И, казалось бы, что может быть проще — договориться с жителями, привлечь их на свою сторону и организовать процесс уничтожения мусора, устраивающий всех. Проще говоря, сделать так, как поступают представители этого бизнеса во всем мире. Но, видимо, ощущение собственной безнаказанности настолько оторвало дельцов от реальности, что «мусорные» предприниматели без оглядки на правительство, власти Москвы и Московской области, муниципалитеты и протесты жителей, превратили регион в зловонную помойку.
Ядовитыми выбросами дышат уже не только в отдаленных районах области, но и в центре столицы. Сероводород, метан, азот, хлор, кадмий, цинк, свинец, ртуть — показатели концентрации этих веществ в районах, попадающих под «мусорный ветер», превышают нормативы иногда в сотни раз. Онкологические центры переполнены. И хотя прямую связь между ростом числа заболевших раком и уровнем загрязнения воздуха власти не признают, официальные цифры и новости муниципалитетов раскрывают реальную картину происходящего. К примеру, лишь за прошлую неделю Сотрудники Госадмтехнадзора Московской области выявили 994 новых незаконных свалок объемом более 10 тыс. кубометров.

Работы по свалке мусора на полигоне твердых бытовых отходов. Александр Кряжев/РИА Новости

Провокация протеста?

Еженедельно в крупных городах проходят митинги и пикеты против экоцидов и беспрецедентных загрязнений воздуха. В минувшие выходные несколько жителей Клина объявили голодовку, протестуя против ввоза на городской полигон радиоактивных отходов…
Ровно три года назад Игорь Чайка (советник губернатора Воробьева) обещал превратить любимый город Чайковского во всероссийский Зальцбург — проводя аналогии между вотчиной великого русского композитора и родиной Моцарта. Но мусорный вектор мышления, судя по всему, оказался доминирующим, и Клин из культурного центра начали преобразовывать в очередной подмосковный анклав захоронения ядовитых веществ, и спровоцировали массовое недовольство жителей.

«Сегодня меня не пустили в здание правительства Московской области несмотря на то, что заранее была договоренность с министром экологии. Просто отказали в проходе. — говорит один из лидеров экологического движения Московской области, добившийся того, что о Кучинском полигоне по прямой линии узнал президент, активист Анатолий Баташев. — Они отменили встречу, в то время, когда задыхаются Люберцы, Реутов, Балашиха, Клин, когда надо решать вопрос о способах рекультивации полигона в Кучино. Кстати, губернатор так и не побывал на Кучинской свалке с момента, когда ее закрыл Владимир Путин. Наверное он очень занят. Уверен, что пришло время губернатору самому ездить к нам и общаться с жителями».

Баташев уверен, что единственный способ изменить ситуацию для жителей — это вклиниться в межклановые разборки, и стать участником борьбы.

«Моя практика показывает, что как только речь заходит о серьезном, систематизированном, законном протесте граждан, о таком, что ни с какой стороны не подкопаешься, все эти мусорные дельцы дают задний ход. Когда выводятся на чистую воду не только председатели ООО, которые являются номинальными владельцами полигонов, а реальные администраторы и организаторы, то ситуация решается сразу. — говорит Баташев. — У этих людей криминальное мышление, и как всякий криминалитет они начинают жалобно плакать и убегать, когда их ловят за руку и заставляют признать свою вину. Как только в Балашихе поднялось настоящее народное движение, эти люди тут же исчезли».

По уши в отходах

Сегодня в Московской области работает, по подсчетам общественников, около 300 официальных активных свалок, куда продолжают сбрасывать мусор из всех населенных пунктов, включая столицу. Часть из них губернатор зарывает, и мусор везут на другие свалки.

Борис Горюнов хочет дышать свежим воздухом.

«Из Кучинской свалки мусор теперь везут в Электросталь и Ногинск. Там полигоны чуть ли ни в черте города. И все, что раньше отравляло людей в Балашихе, теперь убивает жителей этих городов, — говорит военный пенсионер Борис Горюнов, ставший одним из лидеров экологического движения в Балашихе. — Результат налицо — митинги протеста. Кроме того, эти полигоны должны были давно закрыть, а их загружают дополнительными объемами мусора».

Самые возмущенные граждане открыто обвиняют власти области в потворстве массовым отравлениям и не верят обещаниям президента. Причина очевидна — история с полигоном в Кучино забуксовала. Местным жителям, уже после прямого вмешательства Путина, с трудом удалось добиться того, чтобы эту свалку стали засыпать песком. Но до сих пор нет плана рекультивации несмотря на то, что технологии рекультивации отработаны еще пятьдесят лет назад.

Мусорный полигон «Кучино» в Балашихе. Илья Питалев/РИА Новости

По факту, указание президента «положили под стекло». Люди опасаются, что может повториться история с закрытой свалкой в Серпухове, которая неожиданно загорелась сразу в нескольких местах. Но местные специалисты вместо того, чтобы тушить огонь песком, стали поливать  его водой, чем спровоцировали еще более сильное возгорание. В результате, свалка догорела фактически полностью, окутав ядовитым облаком сразу несколько районов Подмосковья. И пока нет годового отчета правительства Московской области о затратах на рекультивацию этого полигона, сложно говорить о том, во что вылилась эта «небрежность».

Возмущены не только жители Московской области. От действий «мусорщиков» ежедневно страдают сотни тысяч жителей Москвы. Весь Восток и Юго-Восток столицы почти ежедневно дышит сероводородными выбросами. Однако власть делает вид, что ничего криминального не происходит.

Полигон для утилизации бытовых отходов «Ашитково». Валерий Мельников/РИА Новости

Криминал или бизнес-разборки?

История с мусорным полигоном Кучино легализовала тему свалок, но сама по себе лишь стала побочным следствием борьбы двух крупных кланов за «столичную помойку».
На рынке московского региона есть три основных игрока. Одни выступают за строительство мусоросжигающих и мусороперерабатывающих заводов, другие — за создание новых полигонов, третьи — откровенные бандиты, которые бесконтрольно «хоронят» в приглянувшихся им местах миллионы тонн бытовых и строительных отходов. И если криминалитет стоит в стороне от политической борьбы, то схватка «технологов» и «полигонщиков», как раз и привела к экологической катастрофе.

Компания «РТ-Инвест», за которой, по некоторым данным, стоит бизнес Сергея Чемезова, является главным лоббистом переработки и сжигания бытовых отходов. Ей противостоит «семья Чайки», которая, как считает ряд экспертов, ратует за решение проблемы через уничтожение мусора на полигонах. А минувшим летом появились сообщения в прессе о том, что структуры бизнесмена Игоря Чайки покупают компанию «Хартия», специализирующуюся на вывозе и переработке мусора.

Последние годы сторонники полигонов теряют позиции — за Ростехом, куда входит «РТ-Инвест» — инновации, экологичность и прямой доступ «к телу». Но ни один мусоросжигательный и мусороперерабатывающий завод не сможет работать, если не будет создана специальная инфраструктура: предприятия глубокой сортировки мусора, специальные фильтрационные зоны и зоны рекультивации. И главное, каждый такой завод должен регулярно получать четко фиксированный объем мусора для переработки или уничтожения. В противном случае предприятие становится нерентабельным.

Бизнесмен Игорь Чайка. Максим Блинов/РИА Новости

Поставлять нужные объемы мусора на заводы возможно только, если будут закрыты полигоны. В итоге происходит столкновение интересов Игоря Чайки, который планирует расширение мусорного бизнеса и увеличения доли на рынке, и потребностей в мусоре структур Чемезова, которым мусороперерабатывающие заводы еще нужно построить. Структуры Ростеха выиграли тендеры на строительство 4-х мусоросжигающих заводов, но впереди еще битва с экологами и общественниками, которыми могут управлять заинтересованные структуры. Но, так или иначе, строительство заводов повлечет за собой уменьшение доли мусора, отправляемой на свалки и полигоны, а это входит в прямое противоречие с интересами Игоря Чайки, младшего сына генерального прокурора, желающего расширить свой бизнес.

Власть под дулом?

О том, что в разборки мусорных магнатов местным чиновникам лучше не лезть, в Подмосковье стало понятно всем еще шесть лет назад, когда произошло убийство мэра Сергиева Посада Сергея Душко. Чиновник решил использовать свои полномочия, чтобы избавить город от неприятного запаха, который шел со стороны нелегальных свалок мусора в окрестностях города. Также он собирался привести в порядок систему вывоза отходов из города. Но в результате был застрелен у ворот собственного дома.

С тех пор больше никто не пытался всерьез противостоять «основным игрокам». И во всей этой истории с борьбой за мусорный рынок власть, похоже, играет роль девочки-отличницы, которая просит хулиганов не драться между собой, но после драки с радостью предложит победителю понести свой портфель. Поэтому муниципалитеты и районные администрации изо всех сил стараются сейчас успокоить жителей и при этом внимательно наблюдают за происходящим.

Что касается Сергея Собянина и Андрея Воробьева, то здесь становится очевидным тот факт, что два главных чиновника московского региона не способны справиться с ситуацией. Не способны решить проблему свалок или не хотят её решать. А самая пугающая мысль заключается в том, что они могут быть заинтересованы в сложившемся положении вещей и не принимают мер намеренно. Хотя, это, конечно, только предположение. Впрочем, что еще может прийти на ум, если люди, в руках которых сконцентрированы многомиллиардные бюджеты Москвы и Подмосковья, которые могут воздействовать на причину согласованно с силовыми структурами и экологами, не закрыли вопрос вплоть до вмешательства в дело президента.  И даже несмотря на это, выполнение указаний Владимира Путина в регионе происходит крайне медленно и с максимальным количеством оговорок. И Кучинский полигон — тому прямое доказательство.

Как я хотел стать мусорным королем областного масштаба

Опыт в переработке вторсырья был накоплен достаточный для того, чтобы обратить внимание на мусор. Впервые я столкнулся с ним в Грузии. В 2011 году я получил в управление свалку в Батуми, которая разрослась до 20 га и была уже в 300 м от Чёрного моря. С тех пор рядом выросли экологический центр, крупнейший на Северном Кавказе приют для бездомных животных, ряд перерабатывающих производств. В Грузии легко вести бизнес, особенно если инвестиции реальные и идут на благо населения.

В нашей стране мусорная отрасль всегда имела серо-чёрные оттенки: оборот наличных денег, несанкционированные свалки, организованные преступные группы, квазиэкологи, тотальная коррупция, – всё слилось так, чтобы эта отрасль ещё десятилетия не встала на ноги.

Ильдар Неверов

Учредитель ООО «Экотехнопарк», бизнес-омбудсмен по экологии, председатель комитета «Деловой России» по экологии.

Любого нормального инвестора такие условия могли отпугнуть, но я увидел, что в последние два года, особенно в Год экологии – 2017, вектор развития начал меняться. На федеральном уровне были приняты совсем новые экологические нормативные акты, и мы – предприниматели – оказались не умеющими плавать детьми, брошенными на середине озера. А лодка в лице Министерства природных ресурсов и экологии РФ уплыла в туман, по факту отстранившись от решения тех задач, решение которых все ждали ещё вчера.

К примеру, мы получили территориальные схемы, полностью перекроившие слаженные, пусть и кривые, потоки мусора в регионах. Но в то же время появились гарантии для загрузки мусором новых современных объектов. Возникли понятия регионального оператора – эдакого монополиста в сфере обращения с твёрдыми коммунальными отходами в регионе, но имеющего чёткие обязательства по модернизации этой системы, и оператора – партнёра регионального оператора в этом деле.

Страшно представить, какие войны мусорных элит эти нововведения породили в ряде регионов нашей страны! Мусорные короли, по 20 лет возившие мусор на старую советскую свалку и получавшие за это деньги, были вынуждены столкнуться с новыми, зачастую федеральными игроками, которые пришли в их родной регион и начали перекраивать мусорную карту по-своему. Инструментами мусорных войн были выбраны старые постсоветские методы физического и административного давления с инновационными нотками, а именно: через социальные сети, общественные советы местных Росприродназдора и Роспотребнадзора, интернет-троллинг. Несмотря на то, что в большинстве регионов региональные операторы в регионах выбраны и территориальные схемы утверждены, локальные бои на мусорном фронте ещё ведутся. Но всё перемелется, через один-два года мы не узнаем отрасль.

Два года изучения отрасли дали мне понимание того, что всё тормозит, в первую очередь, из-за недоверия, во вторую – из-за нашей неряшливости и ограниченности мировоззрения, в третью – из-за недофинансирования. В результате «хотели как лучше, а получилось как всегда».

Недоверие сквозит везде. Люди не доверяют друг другу, бизнесу, иностранцам, тому, что написано в газете, что сказано по телевизору и т.д. С другой стороны, кредит доверия к власти за последние годы вырос. Мы доверяем образование своих детей государственным школам, здоровье – больницам, пользуемся транспортом, но по неведомой пока мне причине не верим надзорным органам в области экологии и охраны окружающей среды.

«Всех купили» – вот что я слышу, когда в защиту той или иной позиции привожу мнение надзорных органов. Позиция понятна, но она устарела. Полтора года моей работы в Общественном совете Росприроднадзора показали, что процедурно и бюрократически это ведомство – одно из наиболее прозрачных и дружелюбно настроенных. Конечно, не без перекосов на местах, как и везде. Я получаю десятки обращений с жалобами на действия этого надзорного органа через аппарат уполномоченного при президенте РФ по защите прав предпринимателей. «Это не мы такие, это жизнь такая» – этой фразой из фильма «Бумер» можно охарактеризовать позицию ведомства по обращениям. Сегодня в экологическом законодательстве около 800 законодательных абсурдов, тавтологий, порочных циклов, несуществующих понятий.

Работа общественного омбудсмена в области экологии и природопользования позволила мне предложить уполномоченному по защите прав предпринимателей Борису Титову внести в доклад президенту системные проблемы, которые требуют срочных решений. В следующем докладе мы сфокусируемся только на мусорной отрасли.

Кроме того, в нашей стране вырастает движение, похожее на американо-английское NIMBY, что значит Not In My Back Yard – сопротивление любому инфраструктурному строительству вблизи мест проживания протестующих. Еще одно похожее явление, набирающее обороты в России, – BANANA (Build Absolutely Nothing Anywhere Near Anything). Развитие этих движений будет тупиком как для их участников, так и для отрасли. Показательный пример: на одном народном сходе по теме строительства современного мусороперерабатыващего комплекса протестанты оставили после себя на лужайке кучу окурков, мусора, бутылок.

Недофинансирование в отрасли критическое. Банки, долгие годы боявшиеся кредитовать мусорную отрасль, наблюдают за ситуацией. Понятия платности, возвратности и срочности кредита мусорная отрасль до сих пор не принимала. Всё в наличном виде, никаких гарантий, отсутствие документов, фирмы-однодневки – так было много лет. Получить системное финансирование крайне сложно. Обязательно должна быть залоговая масса с коэффициентом 1,6, финансово-технический аудит, мусорные лицензии, включение в территориальную схему, договоры, проекты, личные средства. В итоге финансирование получат единицы, а свободные деньги есть у ещё меньшего количества рыночных игроков. В то же время стратегических программ, резолюций высоких форумов, международных соглашений принято множество.

Хочу поделиться практическим опытом создания площадок временного накопления отходов в многострадальной в экологическом плане Московской области. Причины мусорной проблемы в области известны, а меры по долгосрочному решению очевидны: сжигание на заводах «Ростеха» и строительство экотехнопарков. Один такой проект я и предпринял в Рузском городском округе. Это должен быть завод по глубокой переработке отходов, где из входящего потока отходов будет оставаться к полигонному захоронению, а потом – к сжиганию не более 25%. В виде готовой продукции появится товарное вторичное сырье, компост, альтернативное топливо для цементной индустрии. Я приобрёл 72 га земли, провёл проектные работы и геологические изыскания, выбрал технологию, получил технические условия по подключению к энергомощностям области и определил список подрядчиков. Казалось бы, теперь вкладывай деньги – и строй завод. Но не тут-то было.

Проект встретил жесточайшее общественное сопротивление по классической схеме движений NIMBY или даже BANANA, но с нашим родным, русским, акцентом. На предпринятом жителями народном сходе 30 апреля, на редкость организованном и поставленным по определенному сценарию, чья-то невидимая рука дирижировала настроениями.

Камеры, микрофоны, мощные колонки, стрим в сети, раскрученные хештеги, одинаковые мандаты для голосования, чётко поставленная и местами заученная, местами зачитанная по бумажке речь «простых» жителей произвела неизгладимое впечатление на меня как инвестора.

«Нет, нет и ещё раз нет», – кричала толпа, вскидывая жёлтые мандаты по команде в воздух. Ей-богу, когда я вышел на сцену, мне стало страшно. «Земляной червяк» – самое безобидное из услышанного. Толком люди не знали, против чего голосуют, но в их речитативе смешалось и сжигание, и захоронение, и переработка, и все самые «ужасные ужасы», которые произойдут, если на территории округа появится современный завод, который, кстати, выглядит как дилерский автоцентр.

Работа по смене устоявшейся среди жителей парадигмы «всё украдено до нас» и «вы всё врёте» начата, без этого не будет никакого развития ни в мусорной, ни в любой другой отрасли в нашей стране. Жаль, что делать это приходится самому инвестору, чтобы спасти свой же проект на благо этих самых жителей.

А пока мусор неделями не вывозится, контейнерные площадки в округе забиты доверху, к примеру в посёлке Сычёво Волоколамского района вонь от контейнеров стоит прямо в центре города, птицы разносят заразу, фильтрат вытек и уже высох на незащищённом грунте, а тем временем сычёвцы запускают в Instagram онлайн-флешмоб с картинками, какие красивые карьеры на закате. В реальности в карьеры со стороны Сычёва уже валят мусор прямо на склоны, ибо иного места захоронения нет, полигоны «Ядрово» и «Храброво» мусор не возьмут. Боюсь, что от карьеров скоро останутся одни фотографии.

Временный порядок накопления ТКО на территории Московской области Министерство экологии и природопользования представило в апреле текущего года. В соответствии с документом, места для такого накопления должны быть специально оборудованы: герметичные, с дренажем и защитой от птиц и крыс, охраняемых, с возможностью переместить в будущем эти отходы на полигоны или на сжигание.

Моя команда разработала проект, который был согласован в нескольких инстанциях, поддержан местной властью. Мы начали вычищать площадки от мусора, что лежал уже второй месяц и грозил экологической катастрофой. Но принять отходы без вмешательства Росгвардии оказалось невозможно! Экология на гране коллапса выгодна каким-то радикальным силам, которые подогревают страхи населения. По непонятной причине опасность от отходов рядом с жилыми домами, крысы, смрад, зараза в населённом пункте считается нормой, а перемещение отходов на предприятие с четырьмя степенями защиты – песком, слоем геотекстиля, полимерной мембраной, опять слоем геотекстиля, а сверху ещё тканевым покрывалом – считается экологическом варварством.

По сути, решение этой проблемы – не задача инвестора и жителей. Необходим общественный договор между властью, бизнесом и населением, где все стороны получают гарантии, задачи и систему самоконтроля. Сложность в том, чтобы нам всем сесть за один стол.

Ильдар Неверов

Мусорный Эверест

Если же такая переработка начнется, то процесс займет много-много лет…
Переработка промышленных и бытовых отходов – это прежде всего создание специализированных заводов, решить такую проблему может только ГОСУДАРСТВО! Ибо обществу, провозгласившему частную собственность, а в экономике – бизнес, перерабатывать отходы невыгодно.
Никакой частник освоить энергоемкую и дотационную индустрию по переработке ТБО не в состоянии. Тем более никакой иностранный инвестор не будет вкладывать средства в переработку мусора.
Вы можете себе представить, что государственную границу охраняют частные структуры? Можете представить, что авианосец «Адмирал Кузнецов» зарегистрирован в ООО где-нибудь в Африке?
Охрана родных рубежей, армия – это очевидный приоритет государства! Охрана внутренней безопасности великой страны: медицина, санэпиднадзор, таможенная служба, переработка ТБО, лесное и речное хозяйство, Госстандарт и др. – это тоже великая работа государства и великие национальные интересы! 
Почему на свалках должны жить бомжи, а обслуживать их должен малый бизнес?
Сложилась катастрофическая ситуация. Активно выламывается Москва – сотни тысяч тонн строительных отходов вывозится в Подмосковье…
Необходимо указом президента обязать строительные организации перерабатывать строительный мусор. Никто не имеет права производить мусор и его не перерабатывать! Желаете ломать и строить – извольте переработать ВСЕ, что сломали!
Отдельно раздробить стекло – готовая шихта для стекольных и фарфоровых заводов… Вторичный бетонный щебень, металлы, древесная крошка… Для этого есть все необходимое: технологии, дробильное и прочее оборудование!
Именно указом президента! У правительства Медведева и Дворковича на языке – только иностранные инвестиции, приватизация и бизнес… Ненавистное для меня слово.
45 лет проработал в промышленности  и смело могу судить, что в материальном производстве никакого бизнеса нет! Экономить не на чем! Существуют три параметра: нормы расхода, нормы технологического режима и мощности: установки, цеха, завод…
Если синтез идет 15 часов – за 15 минут его провести невозможно, нормы расхода изменять нельзя, выпустить продукцию в два раза выше проектной мощности тоже немыслимо.
Остается что? Не платить зарплату сотрудникам, не обеспечивать их спецодеждой – пусть работают в трусах… Это уже не бизнес, а криминал, кстати, у нас не Сингапур, а 8 месяцев зимы – очень большая нагрузка на бизнес.
О пищевой индустрии сугубо отдельный разговор – на страже должен стоять Госстандарт! Выброшенный за «ненадобностью», кажется, при правительстве Миши Два Процента…
Кладбищенский, банный, мусорный «бизнес» – это уже средний бизнес. Ему – зеленая улица. Только и разговоры об этом бизнесе…
Считаю, из лексикона пора изъять понятия «бизнес» и «приватизация».
Сегодняшний так называемый малый бизнес (мелкий частник) являет собой забавных людей – им не достались в первую приватизацию заводы и пароходы, сегодня они приватизируют сортиры, газетные киоски, подвалы…
Но «голубая мечта» этого частника – аренда. Собственный склад, куда везут контейнеры. Он ничего не хочет производить, он мечтает стать рантье!
Вы бы видели, во что превратились Рязанское шоссе на подъезде к Люберцам, а также аэропорт Быково и многие другие районы! Аренда, аренда, аренда…
Как не вспомнить недавно ушедшего из земной жизни великого Фиделя Кастро – непримиримого антагониста частной собственности и поборника современной экологии на планете.
Первоочередной экологической задачей мог бы стать указ президента о полной переработке отходов при утилизации старого жилья и капитальном строительстве. Слишком лихо все разрушается и горит в пожарах…
Во-вторых, необходимо создание государственных предприятий по переработке ТБО. Наша страна накопила большое количество технологий по переработке любых отходов. Перечень их мог бы занять не одну газетную страницу…
Государственные заводы по переработке ТБО должны работать, как бывшие химические заводы, в четыре смены, и если есть необходимость – определить для них «вредные условия труда». 
Рискую быть навязчивым, но повторюсь: никто не имеет права производить мусор и его не перерабатывать. Прецедент такой был. Минхимпром запрещал  осваивать промышленные технологии синтеза полимеров, если не решен вопрос конечного продукта – конденсата. В конце 60-х годов практически на всех заводах пластмасс были сооружены станции сжигания отходов производства. 
Вспоминаю свой завод пластмасс. Ввели станцию сжигания отходов в конце 1969 года для утилизации конденсата после синтеза полиэфирных смол. Конденсата собиралось немного – после каждого синтеза 200–250 литров, остальные щелочные воды из цеха мойки тары. Решили на станции работать в одну смену. Но как только появился из высокой трубы станции сжигания еле видимый легкий дымок, сразу позвонили из местного совхоза с просьбой сжечь несколько бочек с отработанным маслом. Примеру последовал другой совхоз, затем из городского фотоателье привезли  полдюжины бочек отработанных реактивов; из Москвы автоцистерна привезла растворители, с фабрики «Заря»… Буквально – в первые же недели работы. Бухгалтерия выписывала какие-то копеечные счета и пропуска для проезда на территорию завода… Люди, которые привезли отходы, говорили: спасибо, спасибо, а счета мгновенно оплачивались, при безналичном расчете-то.
Пришлось вводить вторую смену на станции сжигания…
С пониманием и уважением отношусь к тем хозяйственникам, для которых была проблема, куда девать отработанные масла, проявители, растворители…
Сегодня промышленность пластмасс Подмосковья полностью уничтожена – наверное, не сохранились и станции сжигания на заводе «Карболит», в Орехово-Зуеве, на химкомбинате города Рошаля, на Жилевском заводе пластмасс…
Вот такой грустный опыт.

Московская обл.

Почему мафия часто связана с мусорной промышленностью?

Я знаю, что опаздываю всего на десять лет, но недавно я, наконец, посмотрел весь выпуск The Sopranos . Тони и его команда вовлекаются во множество различных схем зарабатывания денег, но на протяжении всего сериала тот или иной персонаж (Тони, Ричи Априле, Ральф Чифаретто) участвует в управлении твердыми отходами. Что делает сбор мусора таким привлекательным для мафиози?

Области, в которых преступные организации, как правило, ведут стабильный бизнес — например, наркотики, украденные товары, азартные игры и рэкет, — соответствуют основным потребностям экономики умников.Все они легко доступны (для угона грузовика требуется значительно меньше стартового капитала, чем для запуска следующего Google) и эксплуатируются, и они очень прибыльны. Бизнес по сбору мусора удовлетворяет те же потребности, но имеет дополнительный бонус в виде законности. Гангстеры могут получать серьезную прибыль от законного, пользующегося спросом бизнеса, а также использовать его для отмывания грязных денег с других своих предприятий.

Толпа действительно попала в мусор в середине 20-го века, когда многие города перестали собирать коммерческие отходы и оставили предприятия, чтобы найти частных перевозчиков.

Гангстеры от Нью-Йорка до Чикаго увидели возможность и либо открыли, либо захватили (с помощью денег, запугивания или насилия) фирмы по перевозке грузов. В пределах города бригады будут делить маршруты, подавать заявки на контракты на буровые установки, преследовать и вымогать у самосвалов и клиентов, не связанных с мафией, чтобы подавить конкуренцию и поддерживать высокие цены.

Вскоре гангстеры, в основном из итальянских и ирландско-американских преступных семей, получили монополию на сбор мусора на всем Северо-Востоке и Среднем Западе. Так называемые «мусорные бандиты», которые руководили этими операциями, часто фальсифицировали документы и вмешивались в весы для отходов, иногда для того, чтобы снять прибыль с бизнеса, а иногда для того, чтобы спрятать в нем грязные деньги.Боссы и члены экипажей часто получали неработающие или неявившиеся «консультационные» должности в фирмах, что давало им законную работу, чтобы они могли подавать налоговую декларацию и объяснять свой доход.

Очистка

Гангстеры начали терять контроль над мусором за последние 20 лет, по мере того как отрасль становилась все более корпоративной, а такие компании, как Browning-Ferris Industries и Waste Management, становились достаточно большими, чтобы вступить на территорию, контролируемую мафией, и дать им достаточно конкуренции, чтобы изгнать их. бизнеса.В Нью-Йорке мэр Руди Джулиани и городское правительство завершили работу, начатую рыночными силами, проведя тайное расследование во главе с детективом полиции Нью-Йорка Риком Коуэном из мусорного картеля мафии и создали Комиссию по торговым отходам для регулирования деятельности перевозчиков мусора.

Однако в некоторых местах мафия продолжает цепляться за свои мусорные маршруты. В конце прошлого года Комиссия по расследованию Нью-Джерси опубликовала отчет, в котором говорилось, что, несмотря на то, что правоохранительные органы знают ситуацию и годами предпринимали попытки заблокировать их участие, гангстеры по-прежнему занимают видное место в мусорном бизнесе, потому что правительство штата и местные власти не в силах принять меры. ресурсы, деньги и рабочая сила, необходимые для закрытия лазеек, обеспечения соблюдения законов и их отмены.

В том же отчете говорится, что в Делавэре дела обстоят не намного лучше, и указывается, что предполагаемый босс мафии из Филадельфии Джо Лигамби с 2003 по 2010 год получал зарплату у филадельфийского мусорщика. Он получал 1000 долларов в неделю и льготы для здоровья на большей части в то время, кажется, фактически не выполняя никакой работы.

В смертельном мире частной вывозки мусора — Мать Джонс

/ Гетти

Боритесь с дезинформацией.Получите ежедневный обзор важных фактов. Подпишитесь на бесплатную рассылку новостей Mother Jones .

Эта история была первоначально опубликована ProPublica .

Незадолго до 5 часов утра недавней ноябрьской ночью мусоровоз с надписью New York Yankees на боку проехал на красный свет на пустой улице в Бронксе. Двое рабочих на борту опаздывали. Вскоре им начнут звонить их боссы. «Где ты на маршруте? Торопитесь, это не займет так много времени.Это был один из 133 мусоровозов, принадлежащих Action Carting, крупнейшей мусороперерабатывающей компании в Нью-Йорке, которая собирает и перерабатывает мусор с 16 700 предприятий.

Разгоняясь на 20 миль в час, превышая установленный в городе предел в 25 миль в час, грузовик Action проехал еще один красный свет, и рабочий, которого называли «помощником», висел на спине. Неделей ранее, всего в нескольких милях отсюда, посреди ночи под колесами мусоровоза другой компании скончался еще один мужчина. Грузовик Action начал движение по неправильной стороне дороги, готовясь к следующей остановке.Рабочие спешили собрать как можно больше мусора, пока не наступил рассвет, а улицы заполнились медленным движением. «Этот маршрут должен занять у вас двенадцать часов», — часто говорил им начальник. «Это не должно занять у вас четырнадцати часов».

Работа по 10–14 часов в день, шесть дней в неделю, означает, что никто никогда не будет отдыхать. Компания проводит ежемесячные совещания по безопасности и воспроизводит видео, снятые камерами, установленными внутри грузовиков, на которых водители Action засыпают за рулем.«Вы показываете нам видео, где парни устают, парни засыпают», — сказал мне водитель. (Все сотрудники Action просили сохранить анонимность, опасаясь возмездия.) «Но вы ничего не делаете с этим».

«Я уверен, что в истории компании были случаи, когда руководители неуместно торопились с людьми», — сказал генеральный директор Action Carting Рон Бергамини. «Этого не должно быть, и их уволили бы, если бы они когда-нибудь сказали людям бежать на красный свет или увеличивать скорость. Но вы должны найти баланс между эффективностью и безопасностью, и это борьба, над которой мы работаем каждый день.Но вы не можете обернуться и сказать: «Эй, просто не торопитесь, иди столько, сколько хочешь» ». Он отметил, что работники могут анонимно сообщать о проблемах по горячей линии безопасности. Что касается вопросов о переутомлении и усталости водителей, Бергамини ответил: «Это борьба всей отрасли — заставить людей работать меньше».

Во вселенной мусорной промышленности Нью-Йорка Action считается компанией, идущей по пути. Это профсоюзный магазин, он предлагает стартовую плату в размере около 16 долларов в час для помощников и 23 доллара для водителей, что намного больше, чем у многих других компаний.И, в отличие от некоторых других компаний, Action предоставляет средства защиты информации и проводит встречи по безопасности. Но с 2008 года грузовики компании убили пять пешеходов или велосипедистов.

Всего в Нью-Йорке в 2017 году частные санитарные грузовики убили семь человек. Напротив, городские муниципальные санитарные грузовики не приводили к гибели людей с 2014 года.

«Вы показываете нам видео, где парни устают, парни засыпают, — сказал водитель, — но вы ничего не делаете с этим».

Пешеходы — не единственные пострадавшие, и Action — не единственная компания, пострадавшая от несчастных случаев.Работа с отходами и переработкой отходов — пятая по значимости работа в Америке — гораздо более смертоносная, чем работа в полиции или пожарного. Самый высокий уровень смертности у лесорубов, за ними следуют рыболовы, пилоты самолетов и кровельщики. От вывоза мусоровозов до переработки на перегрузочных станциях и в центрах переработки и вывоза на свалки — в отрасли по переработке отходов в среднем погибает один рабочий в неделю. В национальном масштабе в 2016 году 82 процента смертей работников-мусорщиков пришлось на частный сектор.

В Нью-Йорке есть два совершенно разных мира мусора: день и ночь. Днем 7200 муниципальных служащих городского департамента санитарии в униформе ходят по домам, собирая мусор. Как и почтовые работники, они склонны следовать компактным маршрутам. Они работают по восемь часов в день с полутора часами сверхурочной работы и уборки снега и дважды по воскресеньям. При средней базовой заработной плате в 69 000 долларов плюс медицинское обслуживание, пенсия, почти четыре недели оплачиваемого отпуска и неограниченное количество дней по болезни, персонал Департамента санитарии в подавляющем большинстве работает полный рабочий день и состоит из профсоюзов.Это также 55 процентов белых и 91 процент мужчин.

Но с наступлением темноты армия частных мусоровозов из более чем 250 санитарных компаний зигзагообразно курсирует по городу, вывозя мусор и перерабатывая все предприятия — все винные погреба, рестораны и офисные здания в пяти районах города. Эти частные возчики вывозят более половины городских отходов.

Поскольку каждый бизнес выбирает своего возчика, дюжина мусоровозов может сойтись в одном квартале в течение ночи.Например, на одном участке в пять кварталов возле Рокфеллер-центра 27 мусорных компаний останавливаются на 86 предприятиях, согласно анализу городских данных ProPublica и Investigative Fund при Национальном институте. Множество других городов США разделяют сбор мусора по тем же принципам — бытовые отходы на муниципальной стороне, коммерческие отходы на частной стороне, но Нью-Йорк уникален по масштабу операций по частному сбору мусора.

Многие компании по переработке отходов платят работникам фиксированную плату, иногда всего 80 долларов за смену, независимо от часов, без каких-либо льгот на здоровье, сверхурочной работы или пенсионных планов.Согласно отчету администрации мэра Нью-Йорка Билла де Блазио за 2016 год, практика найма нештатных помощников широко распространена. Рабочая сила составляет более 60 процентов меньшинства, и более половины латиноамериканских рабочих и около трети чернокожих зарабатывают менее 35 000 долларов в год. Многие из этих рабочих мест не связаны с профсоюзом, и хотя водители, как правило, работают на полную ставку, помощники часто работают по контракту с нестабильным графиком: некоторые изо всех сил стараются работать достаточно, чтобы прокормить свои семьи, другие работают по 18 часов или дольше.Исследование, проведенное в мае 2016 года некоммерческим комитетом по безопасности и гигиене труда Нью-Йорка, показало, что недоплата или невыплата заработной платы «широко распространены в индустрии коммерческих отходов».

Five Star Carting, третья по величине мусороперерабатывающая компания в Нью-Йорке, с 10 400 клиентами, неоднократно получала жалобы от Департамента труда штата Нью-Йорк за недоплату или невыплату заработной платы. В 2015 году после того, как два работника Five Star дали показания на слушаниях в городском совете об их сверхурочной продолжительности, низкой заработной плате и небезопасных условиях труда, они были уволены.(Позже они были восстановлены на работе, но только после того, как защитники профсоюзов и члены городского совета организовали митинг перед штаб-квартирой Five Star.) Five Star отказалась отвечать на подробные вопросы.

Частные мусоровозы вездесущи на улицах Нью-Йорка после наступления темноты, но человеческие усилия остаются в основном невидимыми для большинства людей. Погрузиться в мир полуночного сбора мусора в Нью-Йорке — значит попасть в царство, где люди часто трудятся в серьезной опасности за низкую оплату. Эти опасности легко упустить из-за грохота дизельного двигателя, стремительного движения гигантского грузовика и запаха запаха из сумки, которую мы все счастливы, когда кто-то убирает ее.

Моя первая ночь после мусоровоза была в душный четверг в июле 2016 года. После множества отказов я уговорил водителя разрешить мне следовать за ним в течение смены. Он рисковал: рабочих могут уволить в одно мгновение, но он был готов рискнуть своей работой, чтобы перенести меня в свой мир. То, что я увидел, открыло дверь для гораздо более сложного расследования, чем я ожидал, которое включало десятки собеседований за 18 месяцев с водителями, помощниками, регулирующими органами, владельцами и экспертами; просмотр тысяч страниц гражданских и уголовных дел; рассмотрение сотен документов, полученных по запросам на публичные записи; и создание базы данных федеральных отчетов о проверках грузовиков.

В ту ночь в 2016 году Алекс Кабан готовился к работе водителем мусоровоза на предприятии №1 по переработке отходов и переработке отходов. В то время Нью-Йорк был в центре самой продолжительной волны тепла в городе за 14 лет. В своей квартире над гастрономом в Краун-Хайтс, Бруклин, Кэбэн быстро оделся в черную футболку, черные Dickies и черные кожаные рабочие ботинки. Горячий мусор и его много дырявых соков испачкают все, что легче. Кэбэн, мусорщик трех лет, не любит выглядеть грязным.

Кэбэн перекусил банановыми чипсами, в то время как он ехал на своем минивэне во двор компании, участок гравия на промышленном участке Пасифик-стрит в Бруклине, где грузовые грузовики, автобусы и питбули держат за забором из цепных цепей.Он предпочитает ездить на работу и с работы, поэтому, когда он идет домой в конце своей смены, пропитанный тем, что рабочие называют «мусорным соком», он не тот человек в вагоне метро, ​​от которого уходят другие водители. «Они думают, что ты бездельник», — объяснил Кабан, для эффекта сморщив лицо. Оживленный 45-летний Кабан говорил на пуэрториканском стаккато, одна мысль взволнованно переходила в другую. Он выглядел на десять лет моложе в своих очках в проволочной оправе, с бритой головой и — когда он не работал — в рубашке с пуговицами и шляпе с полями.

Хижина прибыла на двор. Его ждал 18-летний Билал, иммигрант из Йемена (он попросил называть его только по имени). «Помощник» Билал проводил большую часть ночи, катаясь на заднем «степпере» стареющего зеленого мусоровоза Кабана. Несколько фар были разбиты в задней части салона, а дверь со стороны водителя криво свисала за кабиной, открывая вид на порванные сиденья. Выцветшие буквы на боку записали прошлые жизни грузовика. («ПОД КОНТРАКТНЫМ ГОРОДОМ ИСЛИП») показано, что однажды он вывозил мусор в городке на Лонг-Айленде.(«ДАЙТЕ СВОИ БАНКИ В НАШИ РУКИ») указали на время в бизнесе по переработке отходов.

Caban надеялся на то же, на что надеется каждый мусорщик в начале каждой смены. Никаких сбоев. Травм нет. Никаких возгораний в бункере. Никаких поломок грузовиков. За пять недель, проведенных Кабаном за рулем №1 Waste, всегда что-то ломалось. Он сказал, что однажды ночью это была трансмиссия, другая — радиатор, третья — уплотнитель. По его словам, тормоза дважды выходили из строя — это на 10-колесном транспортном средстве, которое весит около 40 000 фунтов без груза мусора и более 80 000 фунтов с.Каждую ночь возвращаться домой живым было маленькой победой. (Компания №1 Waste and Recycler не ответила на подробный список вопросов.)

Спешка делает работу более опасной, и почти каждому приходится спешить, чтобы успеть сделать сотни остановок — иногда более 1000 — за ночь.

Это было вскоре после 18:00. в ночь, которая может длиться после восьми утра. Кэбэн вошел в проем, где должна была находиться дверь со стороны водителя. Его помощник Билал ездил на дробовике. Двигатель заворчал, дроссельная заслонка сотрясла кузов грузовика, и с грохотом черного выхлопа Кэбэн выехал и свернул направо на Классон-авеню, сломанная дверь водителя хлопнула на ветру.

Спешка делает работу более опасной, и почти каждому приходится спешить, чтобы завершить сотни остановок — иногда более 1000 — за ночь, преодолевая маршрут, который легко может составлять 85 миль. Как вам скажет любой частный санитарный работник в Нью-Йорке, маршруты часто слишком длинные, чтобы их можно было закончить в пределах 11-часового ограничения, установленного федеральными правилами Министерства транспорта. В результате многие водители мусоровозов обычно проезжают гораздо больше, чем 11-часовой лимит, и почти не успевают отдохнуть, прежде чем вернуться за руль.

После работы в две смены в августе 2016 года, которая длилась почти 23 часа, водитель картинга округа Квинс Уильям Бондс был уволен после того, как отказался работать в другую двойную смену менее чем через два дня. В первую смену Бондс заснул за рулем. Он боялся, что может кого-нибудь убить. (Владелец картинга округа Куинс Майкл Билик признал на слушаниях по безработице, что Бондс обычно работал от 60 до 80 часов в неделю, а его диспетчер объяснил, что дневные водители иногда работают вдвое, когда компания не работает в ночное время.Судья по административным делам пришел к выводу, что Бондс «имел веские основания для отказа в сверхурочной работе в тот день… чувствуя себя истощенным и неспособным управлять грузовиком». Облигации теперь являются истцом в иске против компании о халатности.)

Не помогает то, что многие буровые установки находятся в ужасном состоянии. Мусоровозы 50 крупнейших компаний Нью-Йорка сошли с дороги и объявлены небезопасными для вождения после 53 процентов государственных проверок, согласно анализу данных, полученных от города и Федерального управления безопасности автотранспортных средств.Четырнадцать из этих 50 компаний не проверялись ни разу за последние два года. В национальном масштабе коммерческие грузовики снимаются с дороги после 21 процента проверок.

В отрасли не уделяется большого внимания вопросам безопасности. В октябре владельцы мусорных компаний, лоббисты и городские власти провели мероприятие, объявленное Симпозиумом по безопасности, участники которого, похоже, больше стремились обвинить велосипедистов, чем взять на себя ответственность. «Мы как отрасль говорили о том, чем занимаемся, — сказал Билл Фаллетта, менеджер по безопасности Action Carting, чей грузовик убил 27-летнюю велосипедистку Нефтали Рамирес в районе Гринпойнт в Бруклине 22 июля.«Делается ли что-нибудь для обучения велосипедистов правилам безопасности? Они должны соблюдать те же правила дорожного движения, что и мы. Я очень редко такое вижу ». Позже, когда городской чиновник объяснил, что — хотя это, возможно, было нелогично — более узкие улицы на самом деле безопаснее, потому что они замедляют движение транспорта, Дэвид Бидерман, лоббист отрасли, поднял руку и спросил, можно ли использовать более узкие велосипедные полосы для замедления движения. велосипедисты. По общему мнению, двухколесный транспорт был настоящей угрозой на дороге.

Сказал член городского совета Антонио Рейносо 27 ноября на слушании по вопросам безопасности в отрасли: «Я думал, что к настоящему времени мы увидим больше изменений, но этого не произошло».

В реальной жизни необходимость быстро двигаться важнее правил дорожного движения. В июльскую ночь, которую я провел, следуя за грузовиком Кэбэна, он промчался мимо ресторанных магазинов на Атлантик-авеню, повернул направо на Франклин-авеню, повернул налево на Дин-стрит и еще один налево на Кингстон-авеню. По пути Кабан и Билал, его помощник, отправляли сумки, плывущие по воздуху с обочины на улицу и с улицы в задний бункер грузовика.От фермы брокколи до Superior Market, от Subway до Fulton Gourmet Deli, Кабан проехал 500 остановок на своем маршруте, оставив за грузовиком шлейф горячего запаха мусора. Продовольственные товары, винные магазины, прачечные самообслуживания, продуктовые магазины, аптеки, пиццерии, рестораны — остановки Кэбэна шли от Краун-Хайтс до Форт-Грин, Бедфорд-Стайвесант и Бушвик в Бруклине, а затем до Нижнего Ист-Сайда, Мидтауна, Верхнего Ист-Сайда, Гарлема. , Восточный Гарлем и Вашингтон-Хайтс на Манхэттене.

Настройка, как ее называют, является основой успешной, то есть быстрой, совместной работы водителя и помощника, и требует, чтобы и водитель, и помощник запомнили весь маршрутный лист.Тренировка работала следующим образом: Билал спрыгнул с заднего степпера, помчался вперед, остановился и начал бросать или тащить мешки для мусора с обочины на улицу. Тем временем Caban припарковал грузовик, чтобы выровнять задний бункер с мусором, и побежал назад вовремя, чтобы помочь перенести пакеты с улицы в бункер.

Если помощник опытен, как Билал, и если на одном участке есть несколько остановок, он не будет ждать водителя, а побежит вперед и продолжит установку остановок по маршруту.Сегодня вечером Кэбэн часто ехал дальше, сам останавливался с более легкими сумками, а затем возвращался, чтобы забрать установочный мусор. И если помощник действительно очень быстр, то к тому времени, когда Кабан отъедет, помощник уже вернется туда, откуда начал, и вместе они двое смогут быстро пройти через установочные остановки.

Помощники меняются с ночи на ночь, а наличие хорошего помощника — это разница между Кабаном, работающим 10 и 15 часов. По оценке Кабана, Билал — «помощник номер один» в # 1 Waste.«Он каждый раз ослепляет меня, — сказал Кабан. Билал знает искусство настройки и знает маршрут; он знает, когда и куда бежать вперед.

У них была тщательно продуманная программа, их лица были сосредоточены и сосредоточены, каждое движение было быстрым и экономичным, чтобы сократить секунды и минуты. На остановке на Верона-плейс Билал бросил сумки на припаркованный серебристый джип, Кабан поймал один в воздухе и бросил в бункер, как отлично выполненный ассист. В ресторане Kennedy Fried Chicken на бульваре Маркуса Гарви Билал спрыгнул с кузова движущегося мусоровоза, рванул вперед к обочине и несколькими быстрыми движениями запястья указал на Кэбэна в обратном направлении.Кабан выскочил за сумками, а Билал помчался сквозь пробки к следующей остановке. Затем Кабан вбежал в грузовик и по диагонали пересек перекресток ему навстречу. Повторить. «Это красивая вещь», — сказал Кабан, и это было так.

Билал с детским лицом и готовой улыбкой выглядел молодым для своих 18 лет и едва ли весил больше, чем некоторые из сумок, которые он поднимал. На нем была рубашка-поло в сине-белую полоску, и ни он, ни Кабан не носили светоотражающих жилетов — они сказали, что №1 Waste не предоставил никакого защитного снаряжения.Рабочие говорят, что это обычное дело в отрасли. Кэбэн и Билал приобрели свои собственные тонкие черные тканевые перчатки с захватом на пальцах (около 15 долларов за упаковку из трех штук, которой может хватить на неделю или две). Ткань не защитит от стекла, которое часто высовывается из мешков для мусора, но никто не носит толстые кожаные защитные перчатки. Хватка плохая и тормозит; вы можете потерять контроль над гладкими пластиковыми пакетами и ударить себя по лицу.

Частные транспортные компании были неотъемлемой частью жизни Нью-Йорка с начала 1900-х годов.Возчики возили мусор в коммерческих районах, а муниципальные санитарные работники собирали мусор повсюду, как в жилых домах, так и на предприятиях. Ситуация изменилась в 1957 году, когда город решил, что коммерческий мусор — слишком большая проблема. Внезапно всем предприятиям пришлось платить за вывоз мусора. Мафия быстро разделила город на территории. В соответствии с так называемой системой прав собственности каждая остановка принадлежала определенному перевозчику. Попытка перебить цену другого возчика считалась «воровством» его клиента.Мусоровозы вступили в сговор, предъявив заказчику одинаково высокие цены. Затем владелец стоп-ордера предлагал немного заниженную оценку выигрыша контракта — практика, более известная как сговор на торгах.

«В течение четырех десятилетий не было секретом, что мафия контролировала индустрию коммерческого транспорта».

Контролируемые в основном преступными кланами Гамбино и Дженовезе, четыре ассоциации по торговле отходами применяли систему прав собственности — картель — с помощью вымогательства, угроз и насилия.Излюбленная тактика включала бейсбольные биты, поджигание мусоровозов и случайные убийства. Когда в 1993 году крупная национальная компания по переработке отходов Browning-Ferris Industries попыталась выйти на рынок, один из руководителей однажды утром обнаружил на пороге отрубленную голову собаки. В его рот была сунута записка: «Добро пожаловать в Нью-Йорк».

«Четыре десятилетия не было секретом, что мафия контролировала индустрию коммерческого транспорта», — пояснил Дэниел Кастлман, бывший руководитель расследований в офисе окружного прокурора Манхэттена Роберта Моргентау.Кастлман был консультантом по сценарию «Клан Сопрано» и даже играл федерального прокурора, который пытался убить Джуниора Сопрано. По словам Кастлмана, вымышленная вселенная сериала в значительной степени отражает реальность. «Есть причина, по которой Тони Сопрано работал в картинговой индустрии».

В начале 1990-х годов офис Моргентау начал тайное расследование отрасли. Агент полиции Нью-Йорка выдал себя за «двоюродного брата Дэнни» в бруклинской транспортной компании, другой — за управляющего зданием, а третий — за сотрудника Browning-Ferris Industries.Секретные записи подтвердили существование системы прав собственности и ее контроль со стороны членов мафии. Первый из многих раундов обвинительных заключений был проведен в 1995 году, и в конечном итоге было предъявлено обвинение 72 обвиняемым: транспортным компаниям, владельцам, руководителям ассоциаций торговых отходов, самим ассоциациям торговых отходов, а также капо и солдатам, которым они подчинялись.

В 1996 году город принял местный закон № 42, направленный на раскрытие картеля, и создал лицензионное агентство, которое теперь известно как Комиссия по деловой этике, для искоренения организованной преступности.Отрасль по переработке отходов боролась с реформами, но ее иск против местного закона 42 не увенчался успехом.

Прокуратура разгромила картель. Многие лидеры попали в тюрьму, их активы были конфискованы, и они согласились на пожизненный запрет, называемый отстранением от отрасли. Другие так и не были привлечены к ответственности, но все же подписали соглашения об отстранении. Некоторые люди из списка отстраненных от BIC вывезли свои компании из города или продали их.

Но многие в списке отстраненных просто передали свои компании женам или сыновьям, которые продолжали работать в отрасли.Родство с кем-то из списка отстраненных не является основанием для отказа в лицензии BIC. (Грузовики должны обладать «хорошим характером, честностью и порядочностью».) Более чем один человек говорил мне, что грехи отца не должны вменяться в вину сыну… бывшие члены картеля.

Чтобы получить представление о иногда головокружительных способах переплетения семей и организаций, рассмотрим семью Тоскано и ее операции с отходами. В 1975 году компания TNT Carting была одной из 55 перевозчиков в Нью-Йорке, признавших себя виновными в ограничении торговли.Среди офицеров TNT были Томас Дж. Тоскано и его брат Николас. Позже Томас Дж. Тоскано основал компанию Mr.T Carting. Будучи девяностолетним, сегодня он выполняет более торжественную роль в компании (в настоящее время пятый по величине перевозчик в Нью-Йорке), а его внук Томас Н. Тоскано является финансовым директором компании.

Со своей стороны, Николас Тоскано и несколько других членов семьи были отстранены от участия в этой индустрии. В 1980-х годах они основали дочернюю компанию под названием Mr.N Carting на земле, купленной компанией по недвижимости, расположенной по тому же адресу, что и Mr.Т Картинг. («Компании были полностью разделены. Это были исключительно отношения арендатора и арендодателя», — пояснил Томас Н. Тоскано. «Есть старая поговорка:« Вы не можете выбрать свою семью ». Итак, вы знаете, нам нечего было делать. с ними »)

Несмотря на все потрясения, многие компании эпохи картелей пережили переходный период. Например, Liberty Ashes, Mr.T Carting и New Style Waste Removal Corp (ныне Boro-Wide Recycling) были членами ассоциаций торговых отходов во времена картеля, согласно спискам, извлеченным из офисов ассоциаций во время казни. ордеров на обыск в 1995 году.«Невозможно вести бизнес в этой отрасли, не будучи членом этих ассоциаций», — пояснил Томас Н. Тоскано. «Да, мы были членами. Да, мы платили взносы. И единственный раз, когда они приходили туда, было каждые три года, когда начинались переговоры о профсоюзе ». Бруклинская ассоциация признала себя виновной в уголовном пресечении торговли в 1997 году, а ассоциация Квинс признала себя виновной в уголовном нарушении антимонопольного законодательства в 1998 году.

Лупе Тодд-Медина, представитель отраслевой группы New Yorkers for Responsible Waste Management, ответила на вопросы, отправленные в несколько компаний, включая Liberty Ashes, New Style Recycling, Viking Sanitation и Boro-Wide Recycling.Тодд-Медина не отвечал на подробные вопросы относительно отдельных компаний, но сделал общее заявление: «Все компании, о которых идет речь в вашей истории, являются частными предприятиями, многие из которых принадлежат к нескольким поколениям», — написала она. «Более двадцати лет городская Комиссия по деловой этике регулирует [sic] деятельность отрасли и выдавала этим компаниям лицензии после интенсивного процесса проверки, который, по мнению независимых наблюдателей, восстановил конкурентоспособность отрасли и высокий уровень обслуживания ее клиентов.”

Тем не менее, в индустрии есть немало эпизодов, вызывающих удивление. В конце 2012 года BIC сообщила г-ну Ти Картингу, что не может нанять осужденного торговца наркотиками, связанного с преступными семьями Гамбино и Луккезе, в качестве торгового представителя. Томас Н. Тоскано, финансовый директор г-на Ти Картинга, подал в суд на BIC, пытаясь удержать сотрудника, но эта попытка оказалась безуспешной. («Они буквально заморозили беднягу после того, как он уволился с другой работы», — сказал Тоскано о сотруднике, которого BIC ранее одобрил для работы в другой транспортной компании.)

В августе 2016 года администрация де Блазио опубликовала исследование, в котором рекомендовалось обуздать хаос, связанный с мусором и переработкой отходов Нью-Йорка, разделив город на зоны. Компания сделает ставку на сбор мусора со всех предприятий в данной зоне, и город выберет победителя. Согласно исследованию, проведенному Министерством санитарии и BIC, зонирование может сократить движение грузовиков на 68 процентов и сократить выбросы парниковых газов на 64 процента, что также приведет к «более чистому воздуху» и «более безопасным улицам». так как улучшить показатели утилизации, обслуживания клиентов и безопасности работников.В нескольких городах, включая Сиэтл, Сан-Хосе и Лос-Анджелес, введено зонирование. Усилия в Сиэтле и Сан-Хосе привели к улучшению показателей утилизации и повышению заработной платы; изменения в Лос-Анджелесе все еще реализуются.

Предыдущие городские администрации периодически пытались внедрить зонированный сбор мусора, но сопротивление промышленности оказалось непреодолимым. Сегодня, опять же, зонирование пользуется поддержкой администрации де Блазио, но законодательство еще не принято в городской совет, а промышленность все еще сопротивляется.В 2016 году грузовики запустили NYRWM, которая потратила 298000 долларов на лоббирование городских властей. В своем заявлении Тодд-Медина раскритиковала зонирование как «произвольную систему», утверждая, что это «устранит выбор клиентов, уменьшит занятость в отрасли и увеличит затраты для бизнеса…». На веб-сайте NYRWM потенциальным членам предлагается связаться с генеральным директором группы. Советник / секретарь-казначей, юрист по имени Рэй Шейн, которого лишили права заниматься юридической практикой в ​​Нью-Йорке в 2003 году после того, как он признал себя виновным в преступном сговоре на торгах, взяточничестве и взятках, в результате которых государственные школы Квинса были обманы на 6 долларов.3 миллиона. («Рэй Шейн работает в качестве советника NYRWM и обеспечивает административную поддержку его операций», — сказала Тодд-Медина в своем письменном заявлении. Она указала, что он был восстановлен в баре несколько лет назад и «не владеет и не работать в сфере услуг по утилизации отходов »)

Несмотря на сопротивление промышленности, администрация де Блазио продолжает свои усилия по реформированию. Департамент санитарии нанял консультантов, которые разрабатывают предложение о том, как может выглядеть зонирование в Нью-Йорке.Точное количество зон еще предстоит определить — например, в Лос-Анджелесе их 11 — но в каждой будет работать только одна компания. Это говорит о том, что у большинства из 250 частных возчиков города не будет шансов выиграть торги. Даже в нынешнем виде небольшие компании, как правило, недолго; их скупают более крупные компании. Согласно исследованию 2016 года, 20 крупнейших компаний Нью-Йорка в настоящее время генерируют 80 процентов доходов, при этом около 200 операторов борются за остальных.

По мнению Кабана, былые времена были золотой эрой мусора.Если бы человек работал до мозга костей, он мог бы заработать достаточно, чтобы купить дом и машину и отправить ребенка в колледж. Работа в ночную смену на мусороперерабатывающей компании в Нью-Йорке в основном имела все преимущества дневной смены в Департаменте санитарии. Почти все мусорные компании в городе входили в один и тот же профсоюз Teamsters Local 813, и каждые три года профсоюз сдавал в аренду бальный зал в отеле Sheraton, чтобы мусорщики могли ратифицировать контракт, что обеспечивало обычное повышение заработной платы в три раза. за снежную пошлину, а также оплачиваемые отпуска, каникулы и пенсию.

Ситуация изменилась после масштабных судебных преследований 1990-х годов. Ворота были открыты для потока непрофсоюзных компаний, и общегородские коллективные переговоры ушли в прошлое. «Они вытащили толпу. Но рабочих по-королевски облажали, — сказал организатор Teamsters Аллан Генри.

Могущественные профсоюзы, входящие в AFL и CIO, такие как «Рабочие» и «Водители», были вытеснены из частных операторов мусора. На смену им пришли «независимые профсоюзы», которые заключали выгодные сделки с работодателями, заставляя сотрудников работать с низкими заработками и льготами.Одним из примеров является профсоюз под названием LIFE 890, который представляет работников крупных мусорных компаний Нью-Йорка, включая Boro-Wide Recycling, Liberty Ashes и Five Star Carting.

Мужчина по имени Джон Н. Монгелло руководит профсоюзом и его планом медицинского страхования в жилом таунхаусе в Бэй-Ридж, Бруклин, который он и его жена Кэти приобрели в 1988 году. дочь Джессики Монгелло Гамбино забрала домой 103 тысячи долларов. Профсоюз платит ООО, принадлежащему Кэти, 90 000 долларов в год в виде арендной платы, и вся семья — его жена, две дочери и сын — были на заработной плате на различных должностях с 2000 года.Документы, поданные в Министерство труда, показывают, что на административные расходы ушло до 45 процентов расходов фонда здравоохранения. Монгелло было предъявлено обвинение в 1978 году, когда он был президентом другого профсоюза, по федеральным обвинениям в заговоре, лжесвидетельстве и препятствовании проведению слушаний по трудовым спорам. В 1985 году он разрешил дело, признав себя виновным в подаче ложных заявлений; он был приговорен к испытательному сроку в 360 месяцев и небольшому штрафу. (LIFE 890 и Джон Монгелло не ответили на подробный список вопросов.)

Рабочие нескольких магазинов LIFE 890 тем временем заявили, что либо никогда не слышали о профсоюзе, либо редко видят его представителей. И в той мере, в которой профсоюз играет определенную роль, он вряд ли может показаться борцом за заработную плату своих рабочих. В Liberty Ashes контракт LIFE 890 устанавливает начальную заработную плату на 0,25 доллара в час сверх минимальной заработной платы на неограниченный срок.

Возможно, в результате такой позиции компании кажутся более восторженными по поводу LIFE 890, чем рабочие. Когда LIFE 890 попытался заменить Teamsters в качестве профсоюза Planet Waste в прошлом году, владелец компании Том Толентино сказал Daily News, что он поддерживает LIFE 890, утверждая, что пенсионный план Teamsters может обанкротить компанию.Затем рабочие проголосовали за то, чтобы присоединиться к LIFE 890. (Толентино отказался от комментариев.)

В коллективном иске по поводу заработной платы, поданном против Five Star в 2014 году, представитель LIFE представил письменные показания, в которых поддерживал компанию, а не работников, которых якобы представляет профсоюз. «Нино [Тристани] очень быстро отвечает на мои электронные письма и рассматривает жалобы, — сказал представитель профсоюза о соучредителе Five Star, — и открыт для обсуждения наилучшего способа решения проблемы». Five Star рассчиталась с 61 работником в 2016 году на сумму 400 000 долларов, не принимая на себя никаких обязательств; Члены LIFE 890 были исключены из мирового соглашения, потому что контракт профсоюза предусматривает арбитражное разбирательство жалоб.

Роль

LIFE 890 оспаривается в текущем иске в федеральном суде Манхэттена, в котором бывшие работники Liberty Ashes предъявляют иск по поводу невыплаты сверхурочной заработной платы. Компания утверждает, что истцы не имеют права возбуждать дело на том основании, что все споры о выплатах должны рассматриваться в арбитражном разбирательстве. Так случилось, что LIFE 890 добавила обязательную арбитражную оговорку к контракту Liberty Ashes в декабре 2016 года — всего за несколько недель до того, как компания представила его в качестве доказательства, — что, по мнению юристов Liberty Ashes, следует применять задним числом.

Федеральный судья скептически отнесся к этой позиции. «Мне кажется, по крайней мере, нелогичным, что работодатель и нынешние сотрудники через свой профсоюз смогут договориться о правах бывших сотрудников», — сказал судья Ричард Салливан на слушаниях в феврале 2017 года.

Когда я описал LIFE 890 Рональду Голдстоку, бывшему директору Целевой группы по борьбе с организованной преступностью штата Нью-Йорк, он прислал мне по электронной почте обзорную статью о трудовом рэкете, определяемую как «использование профсоюзной власти в личных целях.Голдсток сказал: «Это прямо из учебника. Я думаю, что офис окружного прокурора будет очень заинтересован ».

Независимые профсоюзы помогли снизить заработную плату в отрасли. В 1985 году помощник начал зарабатывать 16 долларов в час. Кабан, водитель, занявший первое место в категории «Отходы» в 2016 году, зарабатывал меньше.

Солнце еще не зашло, а Кабан уже устал. В воскресенье и понедельник у Кабана был помощник, который не знал маршрута, поэтому они были в дороге по 14 1/2 часов каждую смену и заканчивали работу только в 8:30.м. Шесть дней в неделю в ночную смену не давали никому выспаться. Кэбэн обычно просыпался днем, и вскоре наступало время возвращаться во двор. В субботу, в его единственный выходной, его тело болело, и он был слишком измотан, чтобы покинуть свою квартиру. Проходили дни, когда Кабан почти ни с кем не разговаривал вне работы.

Кэбэн мчался вниз по Марси, к западу от ДеКальба и к северу от Бедфорда, следуя окольным маршрутом и проехав на красный свет больше, чем можно было бы сосчитать. Когда бункер наполнился мешками, из которых текли струйные соки, Билал потянул за рычаг с правой стороны, чтобы «запустить цикл», опустив лезвие вниз, чтобы захватить мешки.Затем он снова потянул его, чтобы «отправить вверх», запихивая мусор в кузов грузовика.

Уложить контейнер в кузов мусоровоза — опасный маневр, он может легко поскользнуться и упасть на вас.

Если и было что-то, за что Кэбэн был благодарен каждую ночь, так это то, что его маршрут проходил только по мешкам для мусора — без контейнеров (то, что миряне называют мусорными контейнерами). Когда он работал с контейнерами на предыдущих должностях в Viking Sanitation и La Vega Carting, он сталкивался с постоянным страхом быть раздавленным.По данным Нью-Йоркского комитета по безопасности и гигиене труда, затащить контейнер в кузов мусоровоза — опасный маневр, и он может легко поскользнуться и упасть на вас — распространенный способ умереть или потерять конечность в этой отрасли.

После трех лет работы Кабан был отмечен с головы до пят. У него был глубокий шрам на левой ноге (швы за стеклом в сумке вскрыли его икры). На его правой ноге под коленной чашечкой была штриховка (больше стекла), а под ним — еще один шрам от того момента, когда он пропустил прыжок на заднюю часть мусоровоза Viking Sanitation, когда тот поспешно отъехал (прыжок, на который он мог приземлиться, он не был так истощен в 5 часов утра.м.). Затем была глубокая вмятина на левой стороне его головы, «примерно в четырех дюймах позади того, что раньше было моей линией волос», — объяснил Кабан: Однажды лебедка соскользнула с контейнера Viking и разбила ему череп. Возможно, самая ужасная травма была нанесена в ноябре 2013 года, когда другой рабочий Viking переместил контейнер в самый неподходящий момент, сломав себе руку. В ту ночь он потерял кончик указательного пальца правой руки.

Именно на этом отрубленном пальце я нашел Кабана. Я отслеживал травмы в мусороперерабатывающей промышленности Нью-Йорка через контакты местного представителя компании Teamsters.Кабан внес мои записи как «отрубленный палец №5».

Пропавший палец №1 был у Сидни Мартона, бывшего работника «Пятизвездочного картинга». Он отрезал себе средний палец левой руки, опорожняя сломанный контейнер. «Если вы пожалуетесь на безопасность, они просто перестанут звать вас, чтобы вы пришли поработать», — сказал Мартон, молодой иммигрант из Гаити. (Представитель Five Star Carting от комментариев отказался.)

После Мартона я обнаружил трех человек, которые работали в Liberty Ashes, каждый из которых потерял палец на одном и том же мусоровозе — Truck 11 — согласно обзору отчетов о компенсациях рабочим и интервью с пятью рабочими.Несколько рабочих заявили, что компания удалила предохранительную защелку в задней части контейнера, которая должна была запереться в контейнере во время его опорожнения. По словам рабочих, контейнеры Liberty были слишком большими, чтобы вместить защелку, поэтому компания сняла ее, вместо того чтобы тратить деньги на покупку новых контейнеров. Три ампутации произошли в период с 2010 по 2016 год: во-первых, водитель Ленни Менна отрезал мизинец. Затем пришел Луис Асеведо, помощник, который тоже отрезал мизинец. Третий рабочий потерял безымянный палец в начале 2016 года.(Майкл Беллино-младший из Liberty Ashes сказал: «Я хорошо осведомлен об инцидентах, которые произошли с моей компанией».) Менна и Асеведо являются истцами по иску против компании о заработной плате и продолжительности рабочего времени.

Ни одно агентство города Нью-Йорка не несет прямой ответственности за здоровье и безопасность работников, занятых в сфере утилизации отходов. Вместо этого это лоскутное одеяло: городской департамент санитарии наблюдает за тем, что делается с самими отходами, департамент охраны окружающей среды штата контролирует станции перегрузки отходов, департамент транспорта штата проверяет грузовики, а городская комиссия по деловой этике занимается лицензированием и проверка анкетных данных, чтобы определить, что компания не собрана.

Это оставляет Управление по охране труда, федеральное агентство с 67 инспекторами для миллионов рабочих в штате Нью-Йорк, чтобы заботиться о благополучии рабочих. Согласно исследованию 2016 года, проведенному Комитетом по охране труда Нью-Йорка, компании по переработке отходов «регулярно нарушают требования OSHA». Удаление предохранительной защелки — это такая вещь, которая, вероятно, заслуживает упоминания OSHA, но Liberty, согласно базе данных OSHA, никогда ее не получала; Более того, согласно нескольким запросам OSHA по закону FOIA, компания никогда не проверялась.(Тодд-Медина, выступая от имени Liberty Ashes, отказался от комментариев.)

Отсутствие предохранительной защелки может повредить больше, чем палец. В 2014 году помощник в Flag Container Services на Статен-Айленде был раздавлен насмерть из-за того, что поскользнулся контейнер. У его грузовика не было предохранительной защелки. OSHA оштрафовала компанию на 7000 долларов — максимум, допустимый по закону.

Водители изобретают способы обходиться сломанным оборудованием и вышедшими из строя мусоровозами. Как сказал Родни Майлз, бывший водитель Five Star: «Вы должны знать расстояние.Что означало: расстояние, которое потребовалось его грузовику, чтобы остановиться. На своем грузовике, двигающемся со скоростью менее 25 миль в час, он оценил расстояние в пять машин. «Если вы спускались с холма без груза, у вас больше шансов остановиться», — сказал он. «Но если у вас есть груз, забудьте об этом». Майлз сказал, что дважды, не в силах внезапно остановиться, он врезался в другие машины. В другую ночь колесо его мусоровоза выкатилось, когда он ехал по Канал-стрит в Статен-Айленде.В другую ночь вышли из строя и тормоза, и рулевое управление. «Бог был со мной в ту ночь. Я избежал смерти и убийства кого-то еще, — вспоминал Майлз. (Грузовики от Five Star Carting сняты с дороги из-за их небезопасности после 69 процентов проверок Федерального управления безопасности автотранспортных средств. Представитель компании отказался от комментариев.)

Работники больших и малых компаний рассказывали похожие истории. В картинге графства Куинс Эрнесто Уэйт сказал, что он управлял одним грузовиком, где переключатель внезапно перескакивал задним ходом, и другим, где колесо выкатилось на бульваре Астория в Квинсе.По его словам, после того, как Уилсон Перес не остановился на выезде с автострады Brooklyn Queens Expressway, начальник велел ему в любом случае отвезти грузовик обратно во двор. Карл Орландо сказал, что он ехал на одном грузовике, где загорелась приборная панель. Орландо вспомнил еще одну смену, на этот раз холодной зимней ночью, когда воздухопровод в его тормозах замерз. Чтобы остановить грузовик, он врезался в опорную стойку.

Владелец

Queens County, Билик, оспаривает, что его грузовики когда-либо были «чем-то менее безопасным», добавляя, что «мы недавно заменили почти весь наш автопарк.И он отрицает, что от водителя когда-либо требовалось вести грузовик, на который он указал из-за неисправности тормозов. Согласно данным Федерального управления безопасности автотранспортных средств, грузовики округа Куинс были сняты с дороги из-за их небезопасности после 12 из последних 16 проверок.

Правила

Федерального департамента транспорта требуют, чтобы операторы грузовиков вели журналы проверок, но Орландо и Перес утверждают, что Энтони ЛаПума из картинга графства Куинс дал указание подделать записи.«Вы пишете в отчете« Все хорошо », затем записываете на листе бумаги, что не так, и передаете это механику. Когда вас остановят, DOT увидит, что все в порядке », — вспомнил Перез слова ЛаПумы. (Билик назвал обвинение «вымышленным». Он добавил: «У нас здесь трудный корабль»).

В 2007 году ЛаПума был среди четырех обвиняемых, которым в Квинсе были предъявлены обвинения в попытке захватить другую компанию по переработке мусора: они поджег мусоровозы, украли 205 их контейнеров и угрожали убить владельца.ЛаПума признал себя виновным в попытке фальсификации деловой документации первой степени, что является уголовным преступлением. Он не ответил на запросы о комментариях.

В 19:30 Кэбэн двинулся на юг по Франклин-авеню в Бед-Стаи, свернув по диагонали против движения транспорта через перекресток на Лафайет-авеню, чтобы забрать мусор из гастронома через улицу от Dough Donuts, затем по диагонали поехал обратно на юг. движение. Билал сидел на степпере, прижавшись спиной к грузовику (широкое вешание увеличивает шансы быть сбитым с ног и наездом — еще один распространенный способ умереть, согласно Национальному совету по безопасности и гигиене труда).Когда стискивание припаркованной машины было крепким, Билал изящно переместился с задней правой ступеньки в бункер грузовика.

С менее опытными помощниками Кабан научил их тому, что им нужно было знать. «Поместите спину, ноги и руки, как будто вы размахиваете клюшкой для гольфа», — объяснил он. Размахивая сумкой, как бейсбольной битой, вы рискуете разбрызгать сок мусора в глаза или рот вашего партнера. Держите сумку подальше от тела, чтобы не порезаться стеклом. Для более легких сумок используйте вращательные движения туловища вниз-вверх-вверх.Для более тяжелых, более 70 или 80 фунтов, сделайте полное вращение на 360 градусов, похожее на олимпийское метание молота, используя вес сумки для набора скорости.

В Putnam Deli на углу Classon Avenue Кабан бросил пакеты в бункер, а затем побежал внутрь за своей первой за ночь водой в бутылках. Кабан, мусульманин, болтал по-арабски с хозяином, пока Нэнси, кошка винного погреба, наблюдала за ним. Арабский был одним из нескольких языков, которые он выучил в тюрьме.

Для многих мужчин с криминальным прошлым частные санитарии — одна из немногих рабочих мест, которые они могут получить.

У Кэбэна есть список обвинений, в котором фигурируют несколько уголовных преступлений и поездок «в северную часть штата», как он называл тюрьму штата Нью-Йорк, за наркотики, насилие и другие обвинения. Кабан с готовностью признал, что его судимость была «испорчена», и в результате его возможности работы были резко сокращены. К своему большому разочарованию, он знал, что помимо вывоза мусора, есть много других видов работы, на которую он способен: работа, за которую платят больше и которая гораздо менее опасна. Но эти двери были закрыты. Например, вождение для Uber было навсегда недоступно.Он обратился за лицензией в городскую комиссию такси и лимузинов, но получил отказ. «Итак, — сказал Кабан, — я вынужден работать в компании такого типа».

Для многих мужчин с криминальным прошлым частные санитарии — одна из немногих рабочих мест, которые они могут получить. Когда Кабан вышел из тюрьмы, он начал работать помощником в Viking Sanitation на юге Бруклина. В свою первую ночь на работе он появился и запрыгнул на борт степпера — никакого обучения вообще, обычный способ начать в этой отрасли. Другие помощники показали Кэбэну веревки, и после двух лет висения на кузове мусоровоза он сдал экзамен на коммерческое водительское удостоверение и дорожный экзамен и получил права на вождение транспортных средств весом более 26 000 фунтов.Превратившись из помощника в водителя, он поднялся со 120 до 200 долларов за ночь в компании Viking. В компании # 1 Waste он зарабатывал 1000 долларов в неделю, работая шесть дней в неделю, обычно управляя автомобилем более 10 часов в сутки.

Кэбэн мечтал работать в Департаменте санитарии Нью-Йорка, но, несмотря на его судимость и острую конкуренцию, он не мог поверить, что это когда-либо случится. Вывоз мусора — одна из самых желанных городских работ. В 2015 году экзамен на государственную санитарную службу сдали более 68 000 человек; это был первый раз за восемь лет, когда DSNY предлагал экзамен, и департамент нанимает только около 500 человек в год вне списка.При наличии стажа и сверхурочной работы опытные работники могут зарабатывать не менее 90 000 долларов в год. Работа, не требующая высшего образования, дает шанс на комфортную жизнь среднего класса, пятидневную рабочую неделю и обещание карьерного роста.

Из многих частных санитарных работников, с которыми я разговаривал для этой истории — всего более 20 — я снова и снова слышал одно и то же желание. По их мнению, в лотерею выиграли сотрудники DSNY. Однажды работник ночной смены сказал: «Мы смотрим на них так, как будто это сделали вы».

Муниципальные санитарные работы, конечно, по-прежнему опасны, но рабочие проходят недельную подготовку, а правила техники безопасности строги.В последние годы DSNY удалила задние степперы со всего своего парка под давлением водителей.

Разницу между дневной и ночной сменами можно измерить по темпу. В Нью-Йорке муниципальный мусорщик почти не убегает. Он ходит. Частные возчики также работают намного больше часов и поднимают больше мусора. «Мы сходим с ума от пули», — сказал Энтони Кармона, который работал с Кабаном в Viking Sanitation. «Департамент санитарии, вы видите, они пугают. Хотел бы я так работать.”

Кармона все еще надеется получить работу в городе, но с тех пор он добился следующего лучшего: место в одной из ведущих частных компаний. Кармона знал парня, который дернул за ниточки и нанял его в IESI, втором по величине перевозчике мусора в Нью-Йорке. Это магазин Teamsters, где начальная плата за помощников составляет 22,40 доллара в час. Работа все еще была изнурительной — она ​​требовала вывоза гораздо большего количества тонн за ночь, чем дневная смена в городе, — но работникам IESI нужно было рассчитывать на пенсию. При сверхурочной работе помощник мог получить от 70 000 до 85 000 долларов; опытный водитель в IESI может зарабатывать от 80 до 110 тысяч долларов в год.А вместе с ними и медицинское страхование, оплачиваемые отпуска и больничные. Когда он не сидел в кузове грузовика IESI — бегемота, оснащенного всеми приборами, как резервная камера, за которой должен следить водитель, — он мечтал о днях отпуска, которые он копил.

Тем временем Эрик Хайд, другой помощник викингов, был сокращен с работы три дня в неделю, до двух, до одного дня, никогда не зная, какой это будет день, что сделало практически невозможным получение второй работы. Гайд был близок к тому, чтобы потерять свою квартиру.В списке приема на работу Департамента санитарии его число составляло 63019 человек.

В этой индустрии все надеются на перерыв, но мало кто его получит. Хайд просто сказал: «Я, наверное, умру на кузове грузовика».

С наступлением темноты Кабан начал относиться к красным светам как к знакам остановки: сбавьте скорость, посмотрите в обе стороны, а затем иди. Незадолго до 21:00 Кабан остановился в гастрономе на Пуласки-стрит, на окраине Бушвика — новой остановки, которую его начальник добавил к маршруту накануне вечером с помощью короткого текстового сообщения.Маршруты всегда становились длиннее, но оплата за ночь оставалась прежней.

Разницу между дневной и ночной сменами можно измерить по темпу.

Кэбэн проехал по Бродвею в Бруклине, затем направился в Speedy Gas на Метрополитен-авеню, чтобы заправиться. Это был их первый короткий отдых после четырех головокружительных часов. В очках на голове Кабан играл в телефонную игру, в то время как Билал заливал 62 галлона дизельного топлива в бак грузовика. Затем Кабан вручил ему пластиковый пакет и резинку.«Обязательно сделайте это красиво и плотно», — сказал ему Кабан. «Сильный — сильный, как бык». У их грузовика не было бензобака.

Незадолго до 22:00 Кабан направился в Hi-Tech Resource Recovery, одну из 60 станций перевалки отходов Нью-Йорка (половина из которых расположена в трех черных и латиноамериканских кварталах — северном Бруклине, южном Бронксе и юго-восточном Куинсе). Hi-Tech, который с улицы выглядит как огромный склад, находится в промышленном, но облагороженном районе, ныне известном как Восточный Вильямсбург. Из Hi-Tech мусор загружали в грузовики дальнего следования и доставляли на свалки и в центры переработки за сотни миль.

Оттуда Кабан направился к мосту Вильямсбург. Вторую половину ночи он проведет на Манхэттене, собирая картон. Мусор и картон нельзя (точнее, не следует) смешивать в грузовике. В другие ночи порядок был обратным: остановки для мусора на Манхэттене, затем на картонных остановках в Бруклине. Изучение маршрута означало запоминание, какие остановки были какие — мусор или картон — и в какие дни недели, и сколько нужно забрать (предприятия платят по весу). Остановка может быть только картонная в среду, или только мусор по понедельникам и четвергам, или только мусор по вторникам или каждый день.

Как он держал все стопы прямо? «Ты учишь. Поверьте мне, — сказал Кабан. «Если ты не учишься, тебе не придется слишком часто за них водить». Компании, как правило, жалуются на вонючий мусор, оставленный на их тротуарах, или на получение билета за стопку картона, которую так и не забрали.

Кэбэн остановился у гастронома, пиццерии и продуктового магазина на Питт-стрит, чуть выше Деланси-стрит в Нижнем Ист-Сайде. У него был небольшой упаковочный нож с выдвигающимся лезвием примерно 2,5 дюйма, которым он прорезал веревки громоздких свертков картона, ускоряя работу.Картон может быть проще мусора — иногда он легче, за исключением тех случаев, когда это не так. На некоторых остановках были 300-фунтовые тюки картона, которые Кэбэну и Билалу приходилось поднимать вместе, доставляя их с тротуара на лебедку, установленную на задней части грузовика. Сегодня, к счастью, он не разбил ему голову.

Чтобы не спать всю оставшуюся ночь, Кабан следовал своему распорядку: кофе, Red Bull, когда стало плохо, и 5-Hour Energy, когда стало совсем плохо. Шли часы, и улицы притихли. Это была еще одна причина, по которой он держал при себе упаковочный нож.Однажды ночью их остановили на пустынной улице Манхэттена, и, по словам Кабана, трое парней прыгнули на Билала и ударили его кулаком. Он пришел на помощь Билалу с ножом наготове.

Кабан и Билал двинулись по Первой авеню. В другие ночи он продолжал подниматься на вершину Манхэттена, останавливаясь на 191-й улице и Сент-Николас-авеню, но не сегодня. Сегодня вечером двое мужчин взяли картон в ресторане Crown Fried Chicken на 163-й улице и Амстердам-авеню, затем направились на запад, на Бродвей и на юг.Рыбный рынок, пиццерия, гастроном, Boost Mobile, еще один Crown Fried Chicken — в сторону Второй авеню, а затем обратно в центр города.

Когда Кабан проезжал мимо других мусоровозов, они звучали в знак приветствия. «Мы знаем, что мы вместе оказались в этой дерьме», — сказал он.

Остановки превратились в размытое пятно. К концу ночи, когда Кабан остановился на красный свет, он заснул за рулем.

Незадолго до 4:30 утра он припарковал грузовик во дворе. Пасифик-стрит была пустынной.Кабан и Билал хорошо успели, завершив маршрут примерно за 10 с половиной часов. Тем не менее Кабан был измучен.

Возвращаясь в свою квартиру, он миновал громадное здание оружейного склада на Пасифик-стрит, приют для бездомных, получивший название «Замок Серого Черепа». Он жил там после выхода из тюрьмы. После того, как он устроился на работу в Viking Sanitation и получил собственное место, каждая травма, из-за которой он оставался без работы, заставляла его чувствовать себя на один шаг ближе к замку Серого Черепа.

Он пришел домой и принял душ.На следующую ночь он снова сделает то же самое.

Июль превратился в август 2016 года, и мешки для мусора Caban стали тяжелее и сочнее. Летом жители Нью-Йорка все чаще выходят на улицу и тратят больше денег, производя больше мусора, чтобы рабочие могли унести его с улицы. Летней ночью грузовик может забрать на пять или десять тонн больше, чем зимой.

В следующий раз, когда я проверил Кэбана в конце лета, он сказал мне, что слишком устал, чтобы говорить. В конце концов мы с Кабаном потеряли связь.

Этой осенью я узнал, что он находится в заключении.В воскресенье после Дня Благодарения я села на автобус Q100 до острова Рикерс, чтобы узнать, что произошло за прошедший год. Автобус подъехал к главному зданию, самолеты аэропорта Ла-Гуардия были видны прямо над водой. Пассажиры — почти все женщины и дети, направлявшиеся в часы посещения — вышли. Возле входа в парк отведено место для детских колясок.

Потребовалось бы почти четыре часа, чтобы пройти через многочисленные обходы металлоискателей, обыски и длительные периоды сидения в зонах ожидания, которые ведут в другие зоны ожидания.«Тюрьма вызывает безумный стресс», — сказала молодая женщина, которая навещала своего парня. Она засмеялась, затем замолчала и обхватила голову рукой. «Я чувствую, что живу здесь».

Алекс Кабан вошел в большой спортзал, служивший залом для посещений, и сел напротив меня за столом. Справа от меня заключенный в сером комбинезоне улыбнулся малышу на руках. На стене слева была большая роспись «Улицы Сезам»: Берт и Эрни махали рукой, пока Гроувер летел в небе, держа в руках щит Департамента исправительных учреждений Нью-Йорка.Кабан рассказал о событиях, которые привели его к Райкерсу. Я запомнил все, что мог; охранник велел мне положить блокнот и телефон в шкафчик.

Кабан сказал, что его проблемы начались в августе 2016 года, когда ему позвонили по поводу возможности заработать больше денег в другой транспортной компании. «Я никогда не должен был покидать отходы №1», — сказал он.

Как сказал Кабан, двое из его новых коллег неоднократно использовали латиноамериканские оскорбления против него. Вскоре Кабан кончил на веревке. 31 августа 2016 года, по словам Кабана, оскорбления продолжились, и дела накалились.Он вынул свой упаковочный нож и зарезал одного из сотрудников. «Я не такой молодой парень, как они», — пояснил Кабан. «Я не хотел с ними драться».

Кабан был арестован, но вышел под залог. Затем он начал работать в разных мусорных компаниях. Он ненадолго задержался в №1 Waste, но однажды ночью, управляя грузовиком, у которого, по его словам, отсутствовало боковое зеркало, он сел в новый женский Volkswagen. Его карьера в # 1 Waste скоро закончилась.

Весной Кабан приземлился в компании Янкеля.Он начал водить самосвал, который обычно перевозит мусорный контейнер объемом от 10 до 40 кубических ярдов, который «скатывается» по земле. Если раньше Кабан вручную поднимал мусор, то теперь подъемы выполняла техника ухоженного грузовика Янкеля. К тому же, это была дневная смена с хорошими выходными: владельцы были соблюдающими евреями, и по пятницам вся работа прекращалась до захода солнца. Кабан опубликовал в Интернете фотографии, на которых он сидит за рулем, счастлив, что наконец-то управляет грузовиком, который другие мужчины назвали бы симпатичным.«Этот грузовик пахнет новой машиной!» он сказал друзьям.

Но вскоре пришло время снова обратиться в суд. Он признал себя виновным в совершении административного правонарушения третьей степени и был приговорен к году тюремного заключения, который начал отбывать в июне 2017 года.

Заключенные центра Эрика М. Тейлора, где находился Кабан, часто вывозят мусор в десяти тюрьмах на острове Райкерс. Но Кабан сказал, что работал в пекарне, где, вероятно, зарабатывает менее 50 центов в час. На этот раз, сказал он мне, у него достаточно времени, чтобы выспаться, заняться спортом, помолиться и почитать книги, в частности, «Ложь, которую сказал мне мой учитель», критический анализ евроцентрической истории, которую преподают школьникам.Кабан сказал мне, что Билал, его помощник прошлым летом, теперь работает водителем в Waste №1.

Кабан думал о будущем, и это давило на него. Сейчас ему 46. Если он вернется к жизни мусорщика, работая шесть ночей в неделю и спит днями, когда он когда-нибудь встретит кого-нибудь, не говоря уже о том, чтобы пойти на свидание? Он сказал мне, что хорошая еда вне дома в субботу вечером обязательно закончится тем, что он заснет за столом. «Я больше не могу быть один», — сказал он. Эту тему я слышал снова и снова от других сотрудников.Отношения рухнули, браки распались. «Тебя никогда не бывает», — предположил я, повторяя слова других мужчин. «А когда ты там, — добавил Кабан, — тебя там нет».

Кабан с нетерпением ждал своего освобождения в 2018 году. Он сказал, что, возможно, потратит время на вывоз мусора, чтобы сэкономить деньги, но в конечном итоге он хотел продвинуться дальше в мире коммерческих грузоперевозок: получить лицензию класса А. Он хотел водить автовоз с прицепом или, может быть, большую буровую установку. Или, может быть, он и несколько друзей купят недвижимость, чтобы отремонтировать и начать собственный бизнес.Он надеялся, что его карьера мусорщика подходит к концу.

ProPublica — это редакция журналистских расследований, удостоенная Пулитцеровской премии. Подпишитесь на их информационный бюллетень .

Толпа вовлечена в бизнес по переработке отходов в Джерси

Шесть лет назад комиссия штата Нью-Джерси сообщила, что мафия проникла в бизнес штата по переработке отходов. Ничего не было сделано, чтобы это изменить, но вот новый отчет.


Зарегистрируйтесь, чтобы получать удовольствие от Филадельфии каждый день.

Изображение предоставлено Комиссией по расследованию штата Нью-Джерси

Остановите меня, если вы слышали это раньше: мафия занимается мусором в Нью-Джерси.

Толпа и мусорная индустрия являются обычным явлением в фильмах и телесериалах, и на это есть веские причины: мафия действительно исторически была вовлечена в бизнес с отходами с середины 20-го века.

В некотором смысле причина довольно проста, как объяснила Мишель Цай в Slate несколько лет назад: «Найдите бизнес, в который легко войти и который выгодно контролировать.«Мусоровозы получают крупные государственные контракты, которые никуда не денутся, и по сравнению с другими способами зарабатывания денег это намного проще. Организованная преступность присутствует в мусорном бизнесе с тех пор, как города начали предлагать частным компаниям вывоз мусора около 70 лет назад.

В последние годы бизнес был акционирован, особенно после того, как правительства приняли правила обращения с твердыми отходами, но толпа все еще держит свои руки в мусорном бизнесе. В отчете Следственной комиссии штата Нью-Джерси говорится, что переработка мусора в Нью-Джерси остается уязвимой для коррупции, поскольку она относительно не регулируется по сравнению с мусорным бизнесом.

Можно сказать, что мафия стала зеленой, как и NJ.com, BigTrial.net и The Burlington County Times . (NPR сделала то же самое еще в 2011 году, после более раннего отчета SCI Джерси.)

Да, информация в отчете за этот месяц от государственных следователей по организованной преступности не нова. В отчете за 2011 год содержится практически такая же информация об участии организованной преступности в бизнесе по переработке вторичного сырья, и законодатели мало что сделали, чтобы остановить это. Нью-Джерси Сен.Раймонд Лесняк представил в 2011 году законопроект, предусматривающий проверку биографических данных предприятий перерабатывающей промышленности, но он так и не был принят.

В результате «следователи обнаружили, что продолжающееся отсутствие каких-либо значимых нормативных требований или требований к проверке биографических данных для тех, кто работает в сфере переработки отходов Нью-Джерси, позволило преступным элементам процветать», — пишет комиссия. «Кроме того, Комиссия обнаружила, что, если не контролировать, значительные операции на этой арене привели к неправильному удалению сотен тонн испорченной грязи и мусора в различных местах по всему штату.«Большая часть этих отходов поступала из-за пределов Нью-Джерси. Спасибо, что позволили нам выбросить наши вещи в вашем штате, Джерц!

В новом отчете основное внимание уделяется переработке загрязненной грязи и строительного мусора по всему штату. В докладе комиссии содержится призыв к Нью-Джерси принять последнюю версию законопроекта S-2306 сенатора Лесняка о проверке данных о вторичной переработке.

«Помимо очевидных экологических проблем, связанных с этой деятельностью, — говорится в отчете, — усилия по локализации и / или удалению этого загрязненного материала чреваты сложными техническими и логистическими проблемами и влекут за собой значительные финансовые последствия для налогоплательщиков.Более того, эти вопиющие и продолжающиеся злоупотребления запятнали и подорвали экономическую жизнеспособность законных элементов отрасли ».


10 предприятий, предположительно контролируемых мафией

Один из самых интересных эпизодов сериала HBO «Клан Сопрано» был в 6 сезоне: два головореза мафии, Берт и Пэтси, пытаются разрушить новую кофейню в районе, где их Экипаж собирает деньги в обмен на «защиту». Но кофейня — это франшиза, принадлежащая корпорации, и менеджер объясняет, что у него нет доступа к деньгам; он не мог дать им этого, даже если бы захотел.Когда ему угрожают, он объясняет, что угрозы магазину или его собственной безопасности, вероятно, не имеют большого значения для более крупной корпорации. Выйдя из магазина с пустыми руками, один из бандитов повесил голову и говорит: «Все кончено для маленького парня».

Сцена также прекрасно иллюстрирует мировоззрение маленького мафиози. Если последние два десятилетия чему-то нас научили, так это тому, что корпоративный контроль и эффективность — это как раз то, что ослабляет хватку вымогательства мафии. Но верно ли то же самое для традиционных предприятий, управляемых мафией?

Организованные преступники уже давно инвестируют в законный бизнес как в базу операций и как средство отмывания денег от незаконной деятельности, такой как торговля наркотиками, торговля оружием, проституция, контрабанда, подделка и грабеж.Мафия отдает предпочтение нерегулируемому бизнесу или бизнесу, основанному на наличных деньгах, который требует силы и смелости, чтобы делать то, чего избегают члены приличного общества. Например, обращение с отходами стало настолько тесно связанным с организованной преступностью, что в некоторых частях страны термин «санитарная бригада» также может быть синонимом «мафии».

Даже несмотря на то, что типы мафии получили более высокие профили на телевидении и в фильмах, все еще существует мнение, что настоящая толпа менее актуальна или актуальна, чем это было в прошлом.В эпоху цифровых технологий бизнес с наличными деньгами более прозрачен, что затрудняет усиление конкуренции. Закон, кажется, более искусен в поимке этих преступников, и множество громких обвинений попало в заголовки газет — начиная со знаменитых дел, возбужденных адвокатами Манхэттена Рудольфом Джулиани в 1980-х и Робертом Моргентау в 1990-х, и заканчивая бывшим прокурором США. Исторический обзор членов «пяти семей» Нью-Йорка (Бонанно, Коломбо, Гамбино, Дженовезе и Лукезе), составленный генералом Эриком Холдером в 2011 году [источник: Рашбаум].

Сообщается, что за последние несколько лет количество членов итальянской мафии, известной как La Cosa Nostra, упало с 5 000 до 3 500 [источник: Goldhill]. Даже убийства уменьшились. В период с 1992 по 2012 год количество убийств мафией в Италии упало на 80 процентов, и сотрудники правоохранительных органов говорят, что в США также снизилась организованная преступность [источник: Дэвис Борен]. Учитывая эту информацию, легко создать впечатление, что часть власти мафии уменьшилась.

Оказывается, такое впечатление — миф.В то время как традиционная преступная деятельность пошла на убыль, мафия адаптировалась к времени и находит способы процветать в современной экономике. У нее может быть более низкий статус, но в некоторых отраслях промышленности (а также в профсоюзных залах и политических подсобных помещениях) мафия все еще имеет влияние. Это очевидно в Италии, где La Cosa Nostra контролирует каждый пятый бизнес [источник: Цай]. Здесь, в США, легко получить представление о деловой активности мафии через ее влияние в Нью-Йорке, где она до сих пор вывозит мусор и возводит небоскребы.

Давайте посмотрим на некоторые бизнесы и отрасли, которые исторически контролировались мафией, и на то, связаны ли они до сих пор.

10 предприятий, предположительно контролируемых мафией

Один из самых интересных эпизодов сериала HBO «Клан Сопрано» был в 6 сезоне: два головореза мафии, Берт и Пэтси, пытаются разрушить новую кофейню в районе, где их команда собирает деньги в обмен на «защиту». Но кофейня — это франшиза, принадлежащая корпорации, и менеджер объясняет, что у него нет доступа к деньгам; он не мог дать им этого, даже если бы захотел.Когда ему угрожают, он объясняет, что угрозы магазину или его собственной безопасности, вероятно, не имеют большого значения для более крупной корпорации. Выйдя из магазина с пустыми руками, один из бандитов повесил голову и говорит: «Все кончено для маленького парня».

Сцена также прекрасно иллюстрирует мировоззрение маленького мафиози. Если последние два десятилетия чему-то нас научили, так это тому, что корпоративный контроль и эффективность — это как раз то, что ослабляет хватку вымогательства мафии. Но верно ли то же самое для традиционных предприятий, управляемых мафией?

Организованные преступники уже давно инвестируют в законный бизнес как в базу операций и как средство отмывания денег от незаконной деятельности, такой как торговля наркотиками, торговля оружием, проституция, контрабанда, подделка и грабеж.Мафия отдает предпочтение нерегулируемому бизнесу или бизнесу, основанному на наличных деньгах, который требует силы и смелости, чтобы делать то, чего избегают члены приличного общества. Например, обращение с отходами стало настолько тесно связанным с организованной преступностью, что в некоторых частях страны термин «санитарная бригада» также может быть синонимом «мафии».

Даже несмотря на то, что типы мафии получили более высокие профили на телевидении и в фильмах, все еще существует мнение, что настоящая толпа менее актуальна или актуальна, чем это было в прошлом.В эпоху цифровых технологий бизнес с наличными деньгами более прозрачен, что затрудняет усиление конкуренции. Закон, кажется, более искусен в поимке этих преступников, и множество громких обвинений попало в заголовки газет — начиная со знаменитых дел, возбужденных адвокатами Манхэттена Рудольфом Джулиани в 1980-х и Робертом Моргентау в 1990-х, и заканчивая бывшим прокурором США. Исторический обзор членов «пяти семей» Нью-Йорка (Бонанно, Коломбо, Гамбино, Дженовезе и Лукезе), составленный генералом Эриком Холдером в 2011 году [источник: Рашбаум].

Сообщается, что за последние несколько лет количество членов итальянской мафии, известной как La Cosa Nostra, упало с 5 000 до 3 500 [источник: Goldhill]. Даже убийства уменьшились. В период с 1992 по 2012 год количество убийств мафией в Италии упало на 80 процентов, и сотрудники правоохранительных органов говорят, что в США также снизилась организованная преступность [источник: Дэвис Борен]. Учитывая эту информацию, легко создать впечатление, что часть власти мафии уменьшилась.

Оказывается, такое впечатление — миф.В то время как традиционная преступная деятельность пошла на убыль, мафия адаптировалась к времени и находит способы процветать в современной экономике. У нее может быть более низкий статус, но в некоторых отраслях промышленности (а также в профсоюзных залах и политических подсобных помещениях) мафия все еще имеет влияние. Это очевидно в Италии, где La Cosa Nostra контролирует каждый пятый бизнес [источник: Цай]. Здесь, в США, легко получить представление о деловой активности мафии через ее влияние в Нью-Йорке, где она до сих пор вывозит мусор и возводит небоскребы.

Давайте посмотрим на некоторые бизнесы и отрасли, которые исторически контролировались мафией, и на то, связаны ли они до сих пор.

10 предприятий, предположительно контролируемых мафией

Один из самых интересных эпизодов сериала HBO «Клан Сопрано» был в 6 сезоне: два головореза мафии, Берт и Пэтси, пытаются разрушить новую кофейню в районе, где их команда собирает деньги в обмен на «защиту». Но кофейня — это франшиза, принадлежащая корпорации, и менеджер объясняет, что у него нет доступа к деньгам; он не мог дать им этого, даже если бы захотел.Когда ему угрожают, он объясняет, что угрозы магазину или его собственной безопасности, вероятно, не имеют большого значения для более крупной корпорации. Выйдя из магазина с пустыми руками, один из бандитов повесил голову и говорит: «Все кончено для маленького парня».

Сцена также прекрасно иллюстрирует мировоззрение маленького мафиози. Если последние два десятилетия чему-то нас научили, так это тому, что корпоративный контроль и эффективность — это как раз то, что ослабляет хватку вымогательства мафии. Но верно ли то же самое для традиционных предприятий, управляемых мафией?

Организованные преступники уже давно инвестируют в законный бизнес как в базу операций и как средство отмывания денег от незаконной деятельности, такой как торговля наркотиками, торговля оружием, проституция, контрабанда, подделка и грабеж.Мафия отдает предпочтение нерегулируемому бизнесу или бизнесу, основанному на наличных деньгах, который требует силы и смелости, чтобы делать то, чего избегают члены приличного общества. Например, обращение с отходами стало настолько тесно связанным с организованной преступностью, что в некоторых частях страны термин «санитарная бригада» также может быть синонимом «мафии».

Даже несмотря на то, что типы мафии получили более высокие профили на телевидении и в фильмах, все еще существует мнение, что настоящая толпа менее актуальна или актуальна, чем это было в прошлом.В эпоху цифровых технологий бизнес с наличными деньгами более прозрачен, что затрудняет усиление конкуренции. Закон, кажется, более искусен в поимке этих преступников, и множество громких обвинений попало в заголовки газет — начиная со знаменитых дел, возбужденных адвокатами Манхэттена Рудольфом Джулиани в 1980-х и Робертом Моргентау в 1990-х, и заканчивая бывшим прокурором США. Исторический обзор членов «пяти семей» Нью-Йорка (Бонанно, Коломбо, Гамбино, Дженовезе и Лукезе), составленный генералом Эриком Холдером в 2011 году [источник: Рашбаум].

Сообщается, что за последние несколько лет количество членов итальянской мафии, известной как La Cosa Nostra, упало с 5 000 до 3 500 [источник: Goldhill]. Даже убийства уменьшились. В период с 1992 по 2012 год количество убийств мафией в Италии упало на 80 процентов, и сотрудники правоохранительных органов говорят, что в США также снизилась организованная преступность [источник: Дэвис Борен]. Учитывая эту информацию, легко создать впечатление, что часть власти мафии уменьшилась.

Оказывается, такое впечатление — миф.В то время как традиционная преступная деятельность пошла на убыль, мафия адаптировалась к времени и находит способы процветать в современной экономике. У нее может быть более низкий статус, но в некоторых отраслях промышленности (а также в профсоюзных залах и политических подсобных помещениях) мафия все еще имеет влияние. Это очевидно в Италии, где La Cosa Nostra контролирует каждый пятый бизнес [источник: Цай]. Здесь, в США, легко получить представление о деловой активности мафии через ее влияние в Нью-Йорке, где она до сих пор вывозит мусор и возводит небоскребы.

Давайте посмотрим на некоторые бизнесы и отрасли, которые исторически контролировались мафией, и на то, связаны ли они до сих пор.

10 предприятий, предположительно контролируемых мафией

Один из самых интересных эпизодов сериала HBO «Клан Сопрано» был в 6 сезоне: два головореза мафии, Берт и Пэтси, пытаются разрушить новую кофейню в районе, где их команда собирает деньги в обмен на «защиту». Но кофейня — это франшиза, принадлежащая корпорации, и менеджер объясняет, что у него нет доступа к деньгам; он не мог дать им этого, даже если бы захотел.Когда ему угрожают, он объясняет, что угрозы магазину или его собственной безопасности, вероятно, не имеют большого значения для более крупной корпорации. Выйдя из магазина с пустыми руками, один из бандитов повесил голову и говорит: «Все кончено для маленького парня».

Сцена также прекрасно иллюстрирует мировоззрение маленького мафиози. Если последние два десятилетия чему-то нас научили, так это тому, что корпоративный контроль и эффективность — это как раз то, что ослабляет хватку вымогательства мафии. Но верно ли то же самое для традиционных предприятий, управляемых мафией?

Организованные преступники уже давно инвестируют в законный бизнес как в базу операций и как средство отмывания денег от незаконной деятельности, такой как торговля наркотиками, торговля оружием, проституция, контрабанда, подделка и грабеж.Мафия отдает предпочтение нерегулируемому бизнесу или бизнесу, основанному на наличных деньгах, который требует силы и смелости, чтобы делать то, чего избегают члены приличного общества. Например, обращение с отходами стало настолько тесно связанным с организованной преступностью, что в некоторых частях страны термин «санитарная бригада» также может быть синонимом «мафии».

Даже несмотря на то, что типы мафии получили более высокие профили на телевидении и в фильмах, все еще существует мнение, что настоящая толпа менее актуальна или актуальна, чем это было в прошлом.В эпоху цифровых технологий бизнес с наличными деньгами более прозрачен, что затрудняет усиление конкуренции. Закон, кажется, более искусен в поимке этих преступников, и множество громких обвинений попало в заголовки газет — начиная со знаменитых дел, возбужденных адвокатами Манхэттена Рудольфом Джулиани в 1980-х и Робертом Моргентау в 1990-х, и заканчивая бывшим прокурором США. Исторический обзор членов «пяти семей» Нью-Йорка (Бонанно, Коломбо, Гамбино, Дженовезе и Лукезе), составленный генералом Эриком Холдером в 2011 году [источник: Рашбаум].

Сообщается, что за последние несколько лет количество членов итальянской мафии, известной как La Cosa Nostra, упало с 5 000 до 3 500 [источник: Goldhill]. Даже убийства уменьшились. В период с 1992 по 2012 год количество убийств мафией в Италии упало на 80 процентов, и сотрудники правоохранительных органов говорят, что в США также снизилась организованная преступность [источник: Дэвис Борен]. Учитывая эту информацию, легко создать впечатление, что часть власти мафии уменьшилась.

Оказывается, такое впечатление — миф.В то время как традиционная преступная деятельность пошла на убыль, мафия адаптировалась к времени и находит способы процветать в современной экономике. У нее может быть более низкий статус, но в некоторых отраслях промышленности (а также в профсоюзных залах и политических подсобных помещениях) мафия все еще имеет влияние. Это очевидно в Италии, где La Cosa Nostra контролирует каждый пятый бизнес [источник: Цай]. Здесь, в США, легко получить представление о деловой активности мафии через ее влияние в Нью-Йорке, где она до сих пор вывозит мусор и возводит небоскребы.

Давайте посмотрим на некоторые бизнесы и отрасли, которые исторически контролировались мафией, и на то, связаны ли они до сих пор.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.