Сухари коровы: Сухари на корм скоту

Содержание

Обогащение через сгущение – Деньги – Коммерсантъ

&nbspОбогащение через сгущение

       Гейл Борден был изобретателем. Но не совсем обычным. Делом его жизни были сгущение и консервирование. Сам он говорил об этом так: «Я намереваюсь поместить картофелину в коробочку для пилюль, тыкву в столовую ложку, самый большой арбуз в соусник… Турки делали из акров роз розовое масло… Я собираюсь делать розовое масло из всего!» Так бы ему до конца жизни выпаривать да высушивать всякие продукты, не займись он молоком.

       О таких людях, как Борден, и о таких необходимых человечеству вещах, как сгущенка, сложено множество преданий. Согласно одному из них, Гейл Борден, возвращаясь морем домой в Америку с Лондонской выставки 1851 года, обнаружил, что морской болезни подвержены не только люди, но и коровы. Однако если люди еще могут превозмочь себя и работать несмотря на плохое самочувствие, то коровы, страдая от качки, давать молоко решительно отказываются.

       Под голодный плач детей Борден размышлял о том, нельзя ли обеспечить людей молоком в экстремальных ситуациях. Это была трудная задача, поскольку молоко — самый недолговечный продукт. Широко известным решением этой проблемы было изготовление сыра, но Борден поставил себе цель найти способ сохранять именно цельное молоко. Сохранять путем сгущения.
Так на свет появилась сгущенка.
       
Всеядный самоучка
       Сгущение вообще было навязчивой идеей Бордена. Опытам со сгущенкой предшествовали попытки Бордена сгущать кофе, чай, мясо и другие «полезные диетические продукты».
       В результате сгущенной оказалась и вся жизнь Бордена. Чрезвычайно деятельный и разносторонне одаренный человек, он на своем веку успел сделать столько, что этого хватило бы на десяток обыкновенных жизней.
       Гейл Борден родился в центральной части штата Нью-Йорк. Позже семья Борденов в поисках лучшей доли подалась на Запад. Достигнув совершеннолетия, Борден пошел было в школу работать учителем математики (дело было в штате Миссисипи), но, поссорившись с администрацией, уволился.
Затем он самостоятельно обучился топографии, и в 1829 году знаменитый основатель штата Техас Стивен Фуллер Остин, в честь которого была названа первая столица штата, назначил его официальным топографом. А в 1835 году, когда штату понадобилась газета, неутомимый Борден вместе с приятелем основал ежедневную «Телеграф энд Техас реджистер».
       Это была десятая по счету газета, основанная в Техасе, но первая, которой удалось продержаться на плаву дольше двух лет. Однако обычные беды провинциальной прессы — скучные новости, жалкие материалы, подписчики, которых невозможно найти и которые не платят, когда их находят,— вынудили Бордена искать дополнительную работу. И он стал официальным печатником Техасской республики. Техасская декларация независимости была впервые напечатана на его станке.
       Через год после этого Борден переехал на остров Гальвестон, где работал сборщиком налогов, помогал разбивать новые улицы, продавал городские земельные участки и т. д. и т. п.
       Но самое главное — он изобретал. Изобретал все, что приносило пользу и выгоду. Его «движущийся купальный павильон» позволил местным дамам купаться там, где им хочется. Его свадебным подарком жене был сделанный им собственноручно обеденный стол с вращающимся центром, при помощи которого блюда могли доставляться любому едоку.
       Кроме того, он сконструировал пароход, приводимый в движение не винтом или гребным колесом, а приводным ремнем во всю длину киля, снабженным лопастями. Наиболее же выдающимся изобретением Бордена была его «земноводная машина» — снабженный парусом фургон для переселенцев. На нем можно было передвигаться как по суше, так и по морю. Когда Борден демонстрировал аппарат землякам, судно отплыло от берега в глубь залива. Но, к сожалению, там перевернулось, и пассажиры попадали в воду. Замечательный проект был закрыт.
       
Голодный разум
       «Я отказываюсь от идеи только в пользу лучшей идеи»,— говорил Борден. Отказавшись от «земноводной машины», он занялся сгущением продуктов.
       Случай, заставивший Бордена заняться этой проблемой, в свое время потряс Америку. В ноябре 1846 года 87 переселенцев попали в сильную метель в горах Сьерра-Невады и вынуждены были в полной изоляции прожить несколько недель, пока не пришла помощь. Выжило только 47 человек — они съели остальных.
       Для практически мыслившего Бордена этот случай стал не только поводом к размышлению о действенности нравственных законов в экстремальных условиях, но заставил задуматься об особых нуждах его соотечественников — жителей страны переселенцев, людей, вечно находящихся в пути.
       «Необходимы и, значит, будут пользоваться спросом сгущенные, компактные продукты»,— понял Борден. В 1850 году Борден выпустил книгу, в которой изложил целую философию сгущения, а заодно и рекламировал только что изобретенный им «мясной сухарь», аналог современного сублимата. Борден потратил шесть лет и почти все свое состояние — $60 000 — на продвижение продукта. Однако влиятельные поставщики свежего мяса в армию сделали честную конкуренцию нереальной. Были и другие проблемы. Многие жаловались, что борденовский сухарь уродлив на вид и совершенно пресен на вкус. Борден и сам признавался, что правильно готовить сухарь умеет только он.
       Но прежде чем мясной сухарь потерпел поражение, Борден успел сделать изобретение, ставшее абсолютно необходимым людям и прославившее своего изобретателя. Он научился сгущать молоко.
       
Продуктивные страдания
       К счастью, Борден не знал, что в Европе неоднократно пытались сгустить молоко. Результаты были настолько неудачны, что от этой идеи отказались. Но неосведомленный Борден был полон энтузиазма.
       Сначала он пытался просто кипятить молоко в открытой кастрюле на песчаной бане, нагреваемой древесным углем, а затем добавлял коричневый сахар. Полученная жидкость действительно могла не портясь храниться месяцами, но была нетоварного темного цвета и пахла черной патокой. Негодность продукта была очевидна.
       После нескольких месяцев раздумий Борден решил сгущать молоко в вакуумной кастрюле. Однако и здесь его ждала неудача: нагреваясь, молоко пригорало. Умные люди настоятельно советовали Бордену бросить пустую затею.
       Почти два года Борден вел безуспешное сражение с молоком, пока однажды случайно не увидел, как кухарка смазывает жиром кастрюлю, чтобы пища не прикипала. Проделав ту же операцию перед выпариванием молока, Борден получил вещество, известное ныне каждому жителю планеты под названием «сгущенка».
       Борденовский способ приготовления сгущенки был столь прост, что убедить членов патентной комиссии в Вашингтоне в том, что изобретено действительно что-то новое, оказалось трудно. Свое авторство Бордену пришлось доказывать доступным бюрократам языком — вооружась кипами схем и множеством письменных объяснений и рекомендаций. Добавив к этим бумагам некоторую сумму, Борден в конце концов убедил официальных лиц из патентной комиссии в том, что изобрел принципиально новый метод: выпаривания молока в вакууме.
       
Молочные реки
       Сгущенное молоко сразу снискало коммерческий успех.
Как гласит еще одна легенда, на поиск компаньонов, готовых вложить в производство сгущенки капитал, Борден потратил пять минут и пять центов. Словно в сказке, случайный попутчик Бордена, которого изобретатель угостил в дороге своим молоком, оказался богатым оптовым торговцем бакалейными товарами и владельцем крупной сети магазинов в Нью-Йорке. Очарованный вкусом продукта, он тут же предложил Бордену контракт.
       В 1858 году в деревне в ста милях к северу от Нью-Йорка открылся первый в мире завод по производству сгущенного молока. Реклама нового продукта гласила: «Это просто свежее деревенское молоко, из которого выпарена вся вода и ничего не добавлено. При добавлении воды одна кварта продукта превращается в 2,5 кварты молока, равных по жирности сливкам, в 5 кварт жирного молока или 7 кварт обычного хорошего молока. Продается по 25 центов за кварту».
       Борденовское сгущенное молоко появилось на нью-йоркском рынке очень вовремя. Нью-Йорк страдал от «молочной чумы». Газеты пестрели сообщениями о «молочных убийствах».
Молоко, продаваемое в городе, называли помойным, потому что его давали коровы, пасшиеся на полях, куда сбрасывали отходы и сливали канализацию. Навоз и молоко перевозились в одних и тех же вагонах.
       Ньюйоркцы только и говорили, что грязное молоко является причиной высокой детской смертности. Такое молоко практически не содержало жиров, а чтобы скрыть непривлекательный синий цвет, его окрашивали. Газеты писали, что больных коров удерживали подпорками, чтобы лишний раз подоить перед смертью. Один из официальных представителей молочной службы назвал городские «молочные-помойки» «Везувием, извергающим невыносимое и отвратительное зловоние».
       Новый товар — сгущенка — полностью изменил ситуацию. Благодаря предложенному Борденом чистому продукту объем продаж молока в Нью-Йорке увеличился в несколько раз.
       Предвосхищая современную борьбу за качество, Борден ввел на своем заводе высокие требования к чистоте. Он рассылал по фермерским хозяйствам своих инспекторов с подробными инструкциями. На заводе не принимали молока от коров, которые отелились в последние 12 дней, требовали, чтобы перед дойкой вымя коровы было вымыто теплой водой, коровники были чистыми и навоз хранился далеко от места доения. Кроме того, завод принимал только охлажденное молоко.
       Конечно, это внесло дополнительные сложности в жизнь фермеров. Но зато они получали гарантированного покупателя. Иными словами, Борден превратил молочного фермера в оптового торговца, которому не надо было больше торговать вразнос молоком, взбивать масло и делать сыр. Фермер, который заключал договор с Борденом и поставлял молоко соответствующего стандарта, мог сдавать весь товар на завод и получать чек от компании.
       Молочная «Борден компани» внедрила и другие технические новинки. В 1875 году, через год после смерти Бордена, она стала торговать свежим цельным молоком. Молоко отпускалось в больших бидонах и разливалось в посуду покупателя. Такой способ продажи молока был, конечно, не слишком гигиеничным.
И в 1885 году «Борден компани» под руководством Бордена-младшего начала выпускать молоко в бутылках. Но прошло еще десять лет, прежде чем бактериологический анализ стал неотъемлемой частью производства молока и начала широко применяться пастеризация.
       
       «Делайте ваши проповеди краткими, выражайте мысли сжато»,— советовал когда-то Борден священнику гальвестонской церкви. В своей книге он писал: «Мир меняется. В направлении сжатия. Даже любовники сейчас не пишут стихов или чего-то в этом роде и прочей чепухи. Они концентрируют все, что хотят сказать, я полагаю, в поцелуе. Было время, когда люди тратили часы на еду. У Наполеона она никогда не занимала более двадцати минут. Я управляюсь за пятнадцать. Люди почти утратили способность тратить время впустую».
Он был абсолютно прав. Теперь это совершенно ясно.
       
КИРИЛЛ ГУЛЕНКОВ
       
       ЕВРОПЕЙСКИЕ УЧЕНЫЕ ДОКАЗАЛИ, ЧТО МОЛОКО СГУСТИТЬ НЕВОЗМОЖНО. НО БОРДЕН ЭТОГО НЕ ЗНАЛ И ИЗОБРЕЛ СГУЩЕНКУ
       БОРДЕН БЫЛ ПОМЕШАН НА ИДЕЕ СГУЩЕНИЯ. ДАЖЕ СВЯЩЕННИКУ СВОЕГО ПРИХОДА ОН РЕКОМЕНДОВАЛ УЖИМАТЬ ПРОПОВЕДИ ДО НЕСКОЛЬКИХ СЛОВ
       

Глава 25 «ЭТИ СУХАРИ ЖИВЫЕ!». История подлодки «U-69». «Смеющаяся корова» [litres]

Глава 25

«ЭТИ СУХАРИ ЖИВЫЕ!»

В связи с очень небольшим количеством имеющейся на борту еды и малой, из-за изрядно уменьшившихся запасов топлива, скоростью лодки нужно было чем-то занять команду. Прекрасным средством оказались регулярные физические упражнения на верхней палубе. Огромной популярностью пользовались ежедневные водные процедуры – душ из пожарного шланга и ванна в волнах. Последнее означало, что человека привязывали к стойкам и буксировали за кораблем. Плюс к этому также, разумеется, в нашем распоряжении оставались радио и карты, а также возможность попить кофе, сидя в брезентовых креслах в «зимнем саду».

Задача, которая теперь стояла перед «Смеющейся коровой», родилась в умах двух старых служак. Баде и я планировали взорвать маяк на острове Вознесения, своеобразной промежуточной станции в Южной Атлантике. Все детали предстоящей операции были проработаны за кофе. На ее проведение топлива нам определенно хватит, хотя конечно же было бы лучше, если бы мы до этого встретили корабль снабжения. Итак, предвкушая новое дело, мы направлялись к экватору.

Приготовления для его пересечения были в полном разгаре. Старший помощник уже разработал все детали плана, как заманить Нептуна на борт, правда, наша молодежь отказалась возиться с железным кольцом, которое должно было окружить глобус, символизируя экватор.

Как раз в это время мы получили печальные известия. Выяснилось, что судно «Эгерланд», которое должно было снабдить лодку продовольствием, топливом и другим необходимым снаряжением, было застигнуто врасплох 5 июня в «красной» зоне британским крейсером «Лондон». Экипаж был вынужден затопить корабль. И если мы не вступим в контакт с другими лодками, действующими севернее, то надежды вернуться домой у нас почти не будет. Мы отвернули на несколько градусов от экватора – единственного места в мире, где человеческое тело не отбрасывает тени, – и направились на север. Маяк на острове Вознесения был спасен.

Нептун проявил благосклонность к лодке и исключительно из дружеских чувств прислал к нам посла. В военное время в его царстве тоже многое изменилось, так почему же владыке океана не провести церемонию пересечения экватора на каких-то несколько жалких градусов севернее? Хвост длиной в ярд, множество мыльных пузырьков, развевающиеся бороды и речь посланника Нептуна были главной особенностью этой церемонии. Он приказал членам экипажа отправить ему вниз парочку кораблей как можно скорее, чтобы поднять ему настроение. Со смехом людей одного за другим крестили, щедро поливая мыльной водой. Жертвы находили все это довольно приятным. Вода была теплой, да и солнышко припекало. В любом случае маленькая вечеринка в некоторой степени возместила изменение планов и потерю танкера.

Когда через несколько дней за кофе были поданы обычные каменные сухари, лейтенант Ауэрманн сморщил нос и проговорил:

– Эти сухари живые!

– Так точно, – ответил буфетчик.  – Они живые!

В ярости Ауэрманн приказал:

– Так прогоните их.

– Так точно. Есть прогнать их, – повторил Хинцпетер. Он поставил банку, склонился над сухарями, похлопал в ладоши и сказал: – Кыш отсюда, кыш. – Это выглядело так, будто он всерьез решил прогнать долгоносиков. Хинцпетер всегда не был чужд юмора.

Когда старший помощник начал гневаться, один из офицеров примирительно проговорил:

– Да ладно тебе, Хинцпетер, ты же не можешь всерьез бояться этих маленьких насекомых. Они родились и выросли с нами на борту. Ты должен их разбудить старым морским способом. Просыпайтесь, просыпайтесь, вставайте и блистайте. – Он ударил по банке, и паразиты начали довольно спокойно ползком выбираться оттуда.

Хинцпетер сел на палубу и начал трясти каждый сухарь, пока на них вроде бы не осталось ничего живого. Затем он внимательно осмотрел плоды своих трудов, встал и со смехом произнес:

– Приказ выполнен. – В будущем Хинцпетер стал известен как непревзойденный «трясун сухарей».

Вскоре после этого проблема еды стала особенно актуальной. Море должно было снабдить нас пропитанием.

Долгое время бурые дельфины, всегда сопровождавшие корабли в этих африканских водах, резвились около носа субмарины. Они кружили вокруг, преследовали лодку и ныряли под нее. Внезапно создание, весящее центнера два или около того, взмывало в воздух, описывало дугу в двух или трех футах над водой и затем исчезало в глубине в поисках пищи. Люди любили наблюдать за их шалостями. Еще со времен пребывания на паруснике я знал, что эта рыба очень вкусная, и поэтому мы решили ее поймать.

Вначале нужно было сделать гарпун. Несколько человек из машинного отделения принесли на палубу паяльную лампу и маленькую наковальню, и «кузнец» начал священнодействовать. Ему было необходимо изготовить из куска железа гарпун с крюком. Через несколько часов эта импровизированная рыболовная снасть была готова. Старший помощник сделал из старой метлы ручку. Затем гарпун привязали к крепкому канату. Баде, который, будучи старым моряком, имел опыт в подобных делах, взял гарпун и прицелился в спину дельфина. И хотя он кинул его сильно и резко, гарпун отскочил от толстой шкуры, лишь слегка ее поцарапав, и веселое создание в глубоком возмущении исчезло под водой.

Баде повторил свою попытку два или три раза, но каждый раз орудие лишь отскакивало от гладкой влажной спины. В конце концов он рассердился:

– Ну, я не знаю, в чем дело. Раньше мы их легко ловили.

Получалось, что действия Баде только волновали стаю. Раньше дельфины явно наслаждались игрой около носа субмарины, но теперь, казалось, их поведение выдавало беспокойство. Баде взглянул на наконечник гарпуна и, пожав плечами, произнес:

– Острее сделать его мы не могли. Хотелось бы мне знать, в чем причина.

– Могу тебе ответить, Баде, – подал я голос с мостика. – Ты находишься не на достаточной высоте. Возможно, раньше ты швырял свой гарпун с приличной высоты и это давало орудию дополнительный вес. Шкура этих созданий очень толстая.

– Что ж, тогда мне лучше попробовать с мостика, сэр.

Эта светлая идея была загублена на корню строптивостью мишени. Дельфины наотрез отказывались сотрудничать с нами. Стая резвилась около носа лодки, то есть там, где их нельзя было достать с мостика. Пришлось созвать военный совет.

Неожиданно раздался крик наблюдателя:

– Вижу дым впереди!

Дельфины тут же были позабыты. В мгновение ока верхняя палуба опустела. Все были на боевых постах.

– Будем надеяться, что это британцы, – проговорил один из механиков, когда спускался вниз. А один из его товарищей в центральном посту развил эту мысль:

– А разве не было бы хорошо, если бы это оказалось рефрижераторное судно с замороженным мясом и яйцами?

При этих словах у нас потекли слюнки. Мысль о сочном бифштексе с луком и яйцами, зажаренном в масле, не давала думать ни о чем другом. Уже несколько недель мы не ели свежего мяса и овощей.

Как только мачты и надстройка судна появились на горизонте, я отдал приказ погружаться. Продолжать наблюдение можно было и через перископ. Были сделаны приготовления для подводной атаки.

Как только два корабля сблизились, перископ был быстро поднят и опущен.

И снова жара в лодке стала невыносимой. Температура морской воды уже перевалила за 70°. Адское капанье началось снова – все это сводило с ума.

И еще одно разочарование. Судно оказалось испанским.

Теперь мы даже всплыть не могли. Приходилось оставаться под водой, пока судно не удалится. Мы не могли позволить себе выдать наше местонахождение.

Когда наконец мы снова поднялись на поверхность, военный совет насчет охоты на дельфинов возобновился. Некоторые моряки утверждали, что нужно просто пристрелить это существо, другие же считали, что лучше всего сделать гигантские крюки. В конце концов Ауэрманну пришла в голову прекрасная идея – ручные гранаты.

Коробка гранат была быстро поднята на палубу. Снова все действия контролировал Баде.

– Теперь мы должны работать аккуратно! – крикнул он толпе загоревших бородатых мужчин, которые стояли вокруг и чем-то напоминали дикарей в своих шортах и панамах.  – Вы должны быть очень осторожны. Эти существа, когда умирают, быстро тонут, поэтому мы должны поймать их веревкой сразу же, как только взорвется граната.

Веревку нашли быстро, и старший помощник изготовился накинуть ее на цель. Ауэрманну, который, будучи вахтенным офицером, сейчас находился на мостике, было приказано остановить лодку, а в тот момент, как будет брошена граната, пустить оба двигателя на полный назад, чтобы взрыв не причинил никакого повреждения. Теперь все находились на своих местах. Баде поднял гранату. Первый номер начал крутить лассо, а остальные члены экипажа стояли рядом и выкрикивали ободряющие замечания.

– Готов, огонь! – крикнул Баде, вытаскивая чеку. – Двадцать один… двадцать два… двадцать три… двадцать четыре… Отпускаю ее!

– Полный назад! – вскричал Ауэрманн.

Ручная граната упала ровно в середине резвящейся стаи. В следующий момент вода от взрыва фонтаном поднялась перед носом корабля. К тому времени, как она успокоилась, Ауэрманн уже успел снова остановить субмарину и теперь вел ее к трупу, плавающему на поверхности. Моряки уже были готовы схватить животное и поднять его на борт. Но из-за медленной скорости подводной лодки дельфин продолжал удаляться, и, несмотря на все наши усилия, его оказалось невозможно поймать, потому что толстая, гладкая шкура оказалась удивительно скользкой.

Тогда я приказал механику, Эйферту, надеть спасательный жилет, прыгнуть в воду и привязать веревку к плавникам.

Ему не нужно было повторять дважды. Первый номер обвязал веревку вокруг его пояса, и два сильных подводника опустили его с палубы в воду. В то же время я приказал двум другим морякам с автоматами внимательно следить за поверхностью воды, не появятся ли поблизости акулы, которыми эти воды кишели. Если хоть одна из них покажет свой плавник, людям было приказано истратить на нее весь магазин, чтобы не дать ей добраться до человека в воде.

Эйферт нырнул, страстно желая искупаться. Затем он обмотал веревку вокруг дельфина, схватил ее обеими руками и потянул к борту. Дельфин был поднят на палубу. Как только животное оказалось на борту, несколько человек, у которых были с собой камеры, настояли на том, чтобы сделать моментальный снимок прежде, чем тушу повесят на крючок для разрезки сетей, чтобы выпотрошить. Затем Баде вонзил острый кухонный нож в брюхо дельфина и разрезал его на куски.

Несколько часов подряд два человека меняли друг друга, пока наконец все мясо не было пропущено через мясорубку. Никто не стал бы его есть в жареном или вареном виде – мясо было слишком жестким. Зато рубленое мясо дельфина было сущим деликатесом. Обильно используя специи, кок приготовил несколько сотен рыбных котлет, тефтелей из дельфина и пирожков с рубленым мясом.

Когда наступило время ужина, пряный аромат жареной рыбы распространился по всему кораблю. У каждого человека в тарелке лежали две жареные котлеты размером с дыню.

В начале люди их ковыряли довольно вяло, потому что никто не верил, что дельфин съедобен. Ни один из парней не хотел показать пример и попробовать еду первым. Когда же смельчак наконец отыскался, моряки очень быстро разобрались, что дельфин необычайно вкусен. На тарелках не осталось ни кусочка, и многие даже попросили вторую порцию.

Но даже самый голодный экипаж подводной лодки не мог сразу съесть два центнера мяса, так что теперь холодильник был полон рыбных котлет. На несколько дней меню претерпело существенные изменения. Настроение поднялось. Больше никому не грозил голод, да и люди поняли: чтобы получить еще еды, нужно всего лишь повторить ту же самую операцию. Теперь и команда, и я в особенности были охвачены охотничьей лихорадкой. Это как раз соответствовало нашему охотничьему кличу «Хорридо!», который я в дни, когда еще не было «Смеющейся коровы», написал на боевой рубке. Охота была моим хобби, которому я с упоением предавался в каждом отпуске. Из этого похода я решил привезти в качестве трофея акулий плавник, поэтому я и еще несколько человек с автоматами постоянно высматривали в воде морскую хищницу. Однако мне не повезло: ни одной акулы не появилось в поле моего зрения. Нам пришлось довольствоваться куда более мирными дельфинами.

Гораздо худшей, чем недостаток развлечений, оказалась новость, которую лейтенант сообщил мне вскоре после нашей первой охоты на дельфинов. Он доложил о том, что аппарат по производству пресной воды вышел из строя. До сих пор он прекрасно работал. Если его не смогут починить, лодке придет конец. Персонал машинного отделения работал с максимальной эффективностью, пытаясь найти причину поломки и исправить ее.

Я был чрезвычайно встревожен. Кроме опреснителя, меня очень волновали батареи. Из-за необычайно высокой температуры испарение оловянных и цинковых пластин постоянно увеличивалось. Старший помощник ежедневно проверял содержание кислорода в батареях. Каждый день он заливал туда все больше жидкости – смеси серной кислоты и дистиллированной воды – из огромной, прекрасно защищенной колбы, но он не мог предотвратить испарения из индивидуальных аккумуляторных камер, которое продолжалось медленно, но верно.

Что случится, если «U-69» не сможет маневрировать под водой из-за отсутствия батарей?

В дополнение ко всему я очень беспокоился насчет топлива. Уже довольно долго «Смеющаяся корова» шла на самой экономичной скорости, используя всего лишь один дизель.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

%d0%b4%d0%be%d0%bc%d0%b0%d1%88%d0%bd%d0%b8%d0%b9%20%d1%82%d0%b5%d0%bb%d0%b5%d0%bd%d0%be%d0%ba%20%d0%bb%d1%83%d1%87%d1%88%d0%b5%20%d0%b7%d0%b0%d0%bc%d0%be%d1%80%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%b9%20%d0%ba%d0%be%d1%80%d0%be%d0%b2%d1%8b — со всех языков на все языки

Все языкиРусскийАнглийскийИспанский────────Айнский языкАканАлбанскийАлтайскийАрабскийАрагонскийАрмянскийАрумынскийАстурийскийАфрикаансБагобоБаскскийБашкирскийБелорусскийБолгарскийБурятскийВаллийскийВарайскийВенгерскийВепсскийВерхнелужицкийВьетнамскийГаитянскийГреческийГрузинскийГуараниГэльскийДатскийДолганскийДревнерусский языкИвритИдишИнгушскийИндонезийскийИнупиакИрландскийИсландскийИтальянскийЙорубаКазахскийКарачаевскийКаталанскийКвеньяКечуаКиргизскийКитайскийКлингонскийКомиКомиКорейскийКриКрымскотатарскийКумыкскийКурдскийКхмерскийЛатинскийЛатышскийЛингалаЛитовскийЛюксембургскийМайяМакедонскийМалайскийМаньчжурскийМаориМарийскийМикенскийМокшанскийМонгольскийНауатльНемецкийНидерландскийНогайскийНорвежскийОрокскийОсетинскийОсманскийПалиПапьяментоПенджабскийПерсидскийПольскийПортугальскийРумынский, МолдавскийСанскритСеверносаамскийСербскийСефардскийСилезскийСловацкийСловенскийСуахилиТагальскийТаджикскийТайскийТатарскийТвиТибетскийТофаларскийТувинскийТурецкийТуркменскийУдмуртскийУзбекскийУйгурскийУкраинскийУрдуУрумскийФарерскийФинскийФранцузскийХиндиХорватскийЦерковнославянский (Старославянский)ЧеркесскийЧерокиЧеченскийЧешскийЧувашскийШайенскогоШведскийШорскийШумерскийЭвенкийскийЭльзасскийЭрзянскийЭсперантоЭстонскийЮпийскийЯкутскийЯпонский

 

Все языкиРусскийАнглийскийИспанский────────АймараАйнский языкАлбанскийАлтайскийАрабскийАрмянскийАфрикаансБаскскийБашкирскийБелорусскийБолгарскийВенгерскийВепсскийВодскийВьетнамскийГаитянскийГалисийскийГреческийГрузинскийДатскийДревнерусский языкИвритИдишИжорскийИнгушскийИндонезийскийИрландскийИсландскийИтальянскийЙорубаКазахскийКарачаевскийКаталанскийКвеньяКечуаКитайскийКлингонскийКорейскийКрымскотатарскийКумыкскийКурдскийКхмерскийЛатинскийЛатышскийЛингалаЛитовскийЛожбанМайяМакедонскийМалайскийМальтийскийМаориМарийскийМокшанскийМонгольскийНемецкийНидерландскийНорвежскийОсетинскийПалиПапьяментоПенджабскийПерсидскийПольскийПортугальскийПуштуРумынский, МолдавскийСербскийСловацкийСловенскийСуахилиТагальскийТаджикскийТайскийТамильскийТатарскийТурецкийТуркменскийУдмуртскийУзбекскийУйгурскийУкраинскийУрдуУрумскийФарерскийФинскийФранцузскийХиндиХорватскийЦерковнославянский (Старославянский)ЧаморроЧерокиЧеченскийЧешскийЧувашскийШведскийШорскийЭвенкийскийЭльзасскийЭрзянскийЭсперантоЭстонскийЯкутскийЯпонский

Сергей Брин профинансировал первый в мире искусственный гамбургер

Сооснователь Google Сергей Брин вложил 250 000 евро ($330 000) в создание первого в мире искусственного гамбургера. Об этом стало известно вчера на пресс-конференции в Лондоне, во время которой был приготовлен и продегустирован бургер.

Созданием первого в мире мяса «из пробирки» занимались ученые из Университета Маастрихта во главе с физиологом Марком Постом. В течение трех месяцев они выращивали искусственные волокна мышц из коровьих стволовых клеток. Эта технология известна достаточно давно, но она очень дорогостоящая. Именно вложения Брина позволили показать человечеству первое в мире синтетическое мясо. Сооснователю Google эта инвестиция вряд ли принесет доход, сам он заявил, что профинансировал проект только ради заботы о животных. По его словам, у людей ошибочные представления о процессе производства мяса — у них возникают образы «чистых ферм». «То, как с этими коровами обращаются, безусловно, вызывает у меня чувство дискомфорта», — сказал Брин.

Брин верит, что технология производства искусственного мяса «может изменить мир». Сейчас главной проблемой по-прежнему остается дороговизна. Марк Пост говорит, что если процесс удастся удешевить, то синтетическое мясо будет пользоваться успехом. По его словам, новый вид мяса поможет справиться с грядущим продовольственным кризисом и растущим спросом на этот продукт, при этом не нанося вреда животным и окружающей среде.

«Коровы очень неэффективны, им требуется 100 граммов растительных белков, чтобы произвести 15 граммов съедобного животного белка. Поэтому нам нужно много кормить коров, чтобы прокормить и себя. Из-за этого мы теряем много еды. А культивируя лабораторное мясо, мы можем оптимизировать процесс… Нам не придется убивать корову и не нужно производить столько побочного метана», — говорит доктор Пост.

Почти 30% пригодной для эксплуатации суши на Земле используется для кормления животных и только 5% — для кормления людей. Общая биомасса домашнего скота на Земле уже вдвое превышает человеческую биомассу. Скот производит 5% всех выбросов углекислого газа и 40% выбросов метана, приводит данные газета Guardian.

Во время пресс-конференции приготовлением мяса занимался шеф-повар Ричард Макгоуан. Он использовал соль, яичный порошок и панировочные сухари при зажарке, а также сок свеклы и шафран для придания цвета, так как естественный цвет синтетического мяса — серый, из-за отсутствия клеток крови. Дегустировали мясо ученый Ханни Рутцлер и кулинарный критик Джош Шонвальд. Новый продукт не вызвал бурных эмоций. «Я думала, оно будет помягче», — сказала Рутцлер, но отметила, что блюдо обладало «близким к мясу» вкусом. Шонвальд заявил, что продукт «по текстуре напоминает мясо», но он безвкусен, особенно без кетчупа.

Сергей Брин — американец российского происхождения. В 1998 г. вместе с Ларри Пейджем он создал корпорацию Google. Брин является одним из самых богатых людей в мире, его состояние оценивается в $22,8 млрд. Брин часто инвестирует в необычные проекты, в том числе изучение астероидов и в компанию Space Adventures, которая отправляет туристов в космос.

Сушить сухари не выйдет из моды: p_syutkin — LiveJournal

На извечный вопрос русской литературы «что делать?» отечественная кухня давно дала универсальный ответ «сухари сушить!». Сам автор вопроса — Николай Чернышевский, — возможно, перевернулся бы в гробу, услышав, что призером Всероссийского конкурса «Туристический сувенир» не так давно стали сухари. Да не простые, а из бывшей Тобольской каторжной тюрьмы, где ему довелось в 1864 году побывать на пересылке по дороге в Сибирь.

А уж в советские времена тема сухарей по понятным причинам расцвета пышным цветом. Каких только не было сухарей в СССР! Сливочные, кофейные, дорожные, колхозные, чайные, сахарные, ванильные, московские, пионерские, русские, весенние, фруктовые и даже докторские. Все эти сорта перечисляет, к примеру, «Сборник рецептур на хлебобулочные изделия» 1947 года.

Впрочем, сегодня мы поговорим о сухариках исключительно в позитивном ключе. От ржаного с солью к пиву, до ностальгических московских хлебцов, с изюмом, в красной коробочке с пергаментом. Итак, все о сухарях Ольга Сюткина рассказывает на портале Гастроном:

Сухарики сушили и сушат из остатков хлеба — ими можно вкусно похрустеть перед телевизором и за чтением увлекательной книги. Из сухарей (даже ржаных) можно приготовить вкусный десерт или специально испечь сладкий батон, чтобы потом нарезать его на сухари. Кстати, этот способ «двойной выпечки» применяется в приготовлении итальянских бискотти, и все наши промышленные сладкие сухари также используют этот метод.

Но обо всем по порядку. Начнем с самого простого. С сухарей «случайных» — это, когда нужно спасти остатки хлеба.

Домашние сухарики из ржаного хлеба

К примеру, остался у вас ржаной хлеб. Я о таком ржаном хлебе, который настоящий, который выбросить жалко, даже когда это уже сухие корочки.

Самое простое — нарезать на кубики или брусочки. Духовку включить на разогрев до 150 градусов — если вам хочется просто погрызть сухарики с пивом. Чеснок выдавить через пресс, добавить к нему растительное масло. Кисточкой смазать сухарики чесночным маслом, посыпать крупной солью. Поставить в духовку на 1 час. Следить чтобы сильно не подгорали. Съедаются такие сухарики обычно быстро.

Ржаные чесночные сухарики

Но что делать, если вам нужны ржаные сухари для других целей, например, для кваса? В таком случае они должны быть без каких-либо вкусовых добавок – «чистые». Духовку разогреть немного жарче – до 180-190 градусов, чтобы сухарики зарумянились. Квас это любит, будет вкуснее и ароматнее. Ржаные сухарики для кваса можно собирать хоть всю зиму до лета, только хранить их лучше в бумажном пакете, в сухом, проветриваемом помещении.

Из черных ржаных сухарей можно приготовить даже десерты. Шеф повара ресторанов, например, предлагают мороженое с ароматом бородинского хлеба.

Сушить сухари — дело нужное

В какие еще блюда можно положить ржаные сухарики

Ржаные сухарики прекрасная добавка к яичнице или омлету. А если покрошить еще ветчины или колбасы, посыпать тертым сыром и зеленью, — получится полноценное сытное блюдо.

Дети любят подсушенные ржаные брусочки помакать в сваренные «в мешочек» яйца.

Подрумяненными сухарями можно изменить цвет бульона — из бледного превратить в слегка коричневый: он будет похож на консоме. А подавать — с кнелями, приготовленными по любому рецепту.

Из перемолотых ржаных сухарей можно приготовить пудинг, залив молотые сухари горячим молоком. В остывшую массу добавить взбитые яйца и готовить на пару. Подается с соусом сабайон или клюквенным. Таким пудингом, кстати, баловала Льва Николаевича Толстого супруга — Софья Андреевна. И рекомендовала добавлять еще и молотого шоколада. 

Как использовать сухари из пшеничного хлеба

Первая и правильная идея — приготовить панировочные сухари. Тем более купить хорошие панировочные сухари сегодня не всегда удается.

Как поступить, если вы хотите сделать их сами? Есть два варианта. Первый — подрумянить кубики хлеба в духовке при температуре 150-160 градусов. Сразу на высокой температуре готовить сухари нельзя – они быстро зарумянятся, но внутри останутся клеклыми. Из таких сухарей панировочные не получатся, вы их не перемелете. Поэтому лучше на низкой температуре и подольше. Подсушенные сухарики нужно остудить и перемолоть в блендере или прокрутить через мясорубку. Лучше готовить панировку непосредственно перед употреблением, а хранить сухарики в бумажном пакете в сухом месте.

Но мне больше нравится второй вариант. Хлеб нарезать на кубики и пробить в блендере. Или натереть на крупной терке. Получается пышная крошка. Вот эту крошку подрумянить в разогретой духовке. Панировка будет пушистая, хрусткая, красивая. Почти как дорогая панко. Для такой панировки лучше использовать черствый батон. Если батон свежий, натереть на терке его будет сложнее. В таком случае заморозьте его в морозильной камере, а потом уже натрите.

Панировочными сухариками как правило, посыпают формы для выпечки при приготовлении запеканок. А для того, чтобы и верх у запеканок был румяный и хрустящий, присыпают и его: или только панировочными сухарями, или сухарями, смешанными с сыром.

Очень часто многие сушат сухарики из пшеничного хлеба для того, чтобы положить в суп или в салат. Чтобы гренки из белого хлеба не размокали и оставались хрустящими в любом блюде, кубики хлеба перед подсушиванием нужно сбрызнуть оливковым маслом. А для более яркого вкуса — посыпать их сухими ароматными травами или сыром.

Я часто использую гренки в детских супах-пюре, дети их просто обожают!

Из пшеничных сухарей можно приготовить клецки и запустить в куриный бульон. Румяные сухарики нужно пробить до состояния муки, добавить бульон, яйца, зелень. По желанию — мелко нарезанный пассерованный репчатый лук.

Размолотые пшеничные сухари — прекрасный наполнитель (как связующий) для фаршированной птицы.

Конечно, без хрустящих сухариков не получить удовольствия и от салата Цезарь, они его неотъемлемая часть.

Очень вкусный салат выходит из пекинской капусты, копченой курицы, кукурузы, ананасов и сухариков. Заправляется такой салат сметаной.

Даже обычный летний салат из сезонных овощей будет веселей, если в него положить сухариков с чесноком или сыром.

Сухарики — частый ингредиент супов и салатов

Как использовать сухарики из сдобного теста

Сухарики из сдобного теста — основа для сладкой выпечки. Та же привычная нам шарлотка – это десерт из подсушенного кусочков хлеба, смоченных в растопленном масле. Ими выкладывается дно и бока формы (масляной стороной наружу). Яблоки предварительно карамелизуются и кладутся в середину. Запекается шарлотка в разогретой духовке.

Кстати, знакомое нам печенье «дамские пальчики» — Савоярди, есть не что иное, как сухарики из бисквитного теста. И это подсказывает нам, что вкусные сухари можно приготовить не только из пшеничного хлеба. Можно подсушить бисквит, изделия из медового теста. А из оставшихся от праздника куличей хорошо приготовить очень вкусный, ароматный пудинг.

Любителям же классики – ароматных, рассыпчатых сухарей как из булочной — нужно испечь плотную дрожжевую сдобу, нарезать на ломтики и еще раз отправить в духовку. А потом кончик сухарика опустить в чай или кофе – это очень вкусно!

В общем, сухари — это не так банально, как кажется на первый взгляд. 

сестры-блокадницы вспоминают семейную историю спасения

В 75-ю годовщину снятия блокады Ленинграда мы вспоминаем тех, кто погиб, а выжившие рассказывают о том, кого потеряли, и как спаслись из голодного ада.

Чтобы собрать ценные истории о том времени, волонтеры МТРК «МИР» отправились в село Верхнеяркеево Илишевского района Башкортостана и встретились с сестрами-блокадницами, которые рассказали им о своей жизни в Ленинграде.

В конце двадцатых годов, когда раскулачивали крепких крестьян, молодая семья Мирсаита и Магдании Мавлявиевых из деревни Тупеево Илишевского района Башкортостана тоже не избежала этой участи. Одно к одному: маленьких дочек схоронили (заразились краснухой), все нажитое у них отняли. К тому же, Мирсаиту грозила ссылка. Пришлось прятаться в лесу какое-то время. Соседи ему еду носили (жену бы выследили). Так что, на малой родине Мавлявиевых тогда ничего не держало, и они, по примеру многих, подались в Ленинградскую область. Там и родились героини публикации Райса и Разина, ныне жительницы села Верхнеяркеево. Кстати, впервые нам довелось беседовать с сестрами-блокадницами.

Проблемы? Надо сушить сухари!

Родители не чурались тяжелого труда: вкалывали чернорабочими на Лапинских карьерах, в совхозе, на лесозаготовках. По словам сестер, их мама была очень сообразительная и предприимчивая: Магдания чувствовала, что вокруг нарастает какая-то напряженность, и старалась на своем уровне подготовиться к грядущим событиям. Например, перед самой войной взяла себе за правило покупать побольше хлеба и сушить сухари. И, когда началась война, а с ней сразу голод, семье этих сухарей хватило на полгода. Райсе тогда исполнилось семь лет, Разине – два с половиной.

Отца сразу забрали на фронт. Он прошел трехмесячные курсы танкистов и в первом же бою получил ранение. Этот факт в какой-то степени спас семью: Мирсаит, пока лежал в ленинградском госпитале, собирал и передавал жене свой паек. После выписки Мирсаита семья больше никогда его не видела: он погиб на Ленинградском фронте в 1942 году.

Свидетели времени – бумажные клочки

Магдания во время блокады работала в металлическом цехе в Слуцкой артели инвалидов вплоть до самой эвакуации. А также в бригаде по сбору трупов за дополнительный паек. Сестры показали среди прочих документов пропуск в столовую №43 на весь январь 1942 года на трех человек: мама бережно хранила каждую бумажку, в итоге собрался семейный блокадный архив.

Фото: предоставлено участницами интервью

О том, как Магдания выживала во время блокады в чужом городе с двумя детьми, свидетельствуют потрепанные временем клочки из ученических тетрадок в клеточку и полоску. Некоторые справки написаны кое-как, с ошибками, перо «спотыкалось» и брызгало чернилами; и только наличие печатей и подписей свидетельствует о том, что это важные документы военного времени.

Трава с кладбища

Известно, что во время блокады ни в городе, ни в округе не осталось ни травинки – все съели. Магдания весной додумалась за травой ходить на кладбище. Правда, не всегда успевала обернуться до наступления комендантского часа. Военный патруль её останавливал, ругал, но потом отпускал. Зато потом можно было напечь из той травы лепешек и накормить дочек.

Как-то она проходила мимо солдат, которые рыли траншеи. Они украдкой попросили у неё соли: общаться с гражданскими им было строго запрещено. У Магдании дома из еды только и осталась, что эта соль. Она отсыпала немного в кулечек и спрятала в рукав. Потом незаметно возле тех солдат из рукава его выбросила. Так люди делились друг с другом, кто чем мог.

Кстати, эта соль здорово ее подвела. Когда совсем нечего было есть, чтобы как-то себя подбодрить, Магдания ела соляные крупинки и запивала их водой. В итоге стали отказывать почки, и она вся распухла от отеков.

С каждым днем тяжелее становилось бегать в подвал от бомбежек. Семилетняя Райса еще могла сама идти, ее мама крепко держала за руку, а двухлетнюю Разину приходилось привязывать к себе простыней. Так они добирались до бомбоубежища. Иногда в подвале жили по несколько дней. Поначалу все плакали, потом привыкли, стали брать с собой вязание, шитье, чтобы как-то скоротать время с пользой. Разводили костры, кипятили воду и пили вместо еды.

Шили и жили

Эвакуировались летом 1942 года, ночью. Солдаты переносили измученных голодом женщин и детей на руках. Разина потеряла сознание. Мама с ужасом решила, что дочь умерла. Она потом всю жизнь вспоминала картину: поначалу ребенка положили так, что голова лежит на борту лодки, а длинные волосы расплылись по воде…

Первое, что сделала Магдания, когда оказалась на безопасном берегу Ладоги , поменяла свою красивую шаль (не зря она ее прихватила с собой) на буханку хлеба. Вообще, женщина сумела волшебным образом забрать из Ленинграда весь свой скарб. По словам сестер, их мама не оставила там ни тряпочки. Как же потом все пригодилось! При том, что Магдания сама еле ходила на раздутых ногах, на руках у нее была обессиленная Разина, да и Райса уже передвигалась с трудом. А тогда они взяли с собой в лодку лишь узелок с самым необходимым, все остальное Магдание помогла собрать и упаковать комендант совхоза «Средняя гатка», которая затем отправила их вещи контейнером в Башкирию. Контейнер прибыл точно по адресу, и ничего по дороге не пропало. В том числе швейная машинка «Зингер» – их кормилица.

Фото: предоставлено участницами интервью

Приехали вначале к родной сестре Магдании. Но у нее самой было пятеро детей, поэтому через пару месяцев они перебрались в соседнюю деревню Тупеево. Там стояли бесхозные дома, хозяева которых умерли от голода. Магдания выбрала дом покрепче, вычистила его. Поскольку дров не было, топила соломой и щепками.

Из еды – гороховое поле за околицей. Крепко потом намаялись с животами. Наконец прибыл контейнер. Перво-наперво мама достала из чемодана простыню, нарезала на части и нашила косынок на продажу. Одежду меняла на продукты. К примеру, свое новое зимнее пальто она продала жене лесника за пуд пшена.

Работала в совхозе разнорабочей, вместе с другими женщинами возила из соседней деревни на ручной тележке мешки с семенами. Косили, пахали, сеяли – выполняли вручную всю мужскую работу, как и вся страна по тем временам. Старшая дочь Райса помогала по хозяйству, смотрела за младшей сестрой. Так мало-помалу семья выкарабкивалась из нищеты и голодухи, а через год Магдания купила корову.

«Извещение о том, что наш папа погиб, пришло, когда мы жили уже в Тупеево. – продолжили рассказ Райса и Разина. – Мама больше замуж не вышла, хотя предложения поступали, среди них даже начальники были, но она не захотела. Сама поднимала хозяйство и нас».

«Вкусная» нэнэйка

И ехать обратно в Ленинград Магдания тоже не захотела. Несмотря на то, что пришла бумага, где говорилось, что она может вернуться и занять свою жилплощадь. Блокада на всю жизнь поселила в ее душе такой страх, что она из деревни старалась никуда не выезжать. И дочек не пускала. Даже когда за Разиной приехал родной дядька (брат отца) из Свердловска, чтобы увезти ее учиться. Она мечтала стать педагогом. «Не смогу жить без нее!» – категорически заявила Магдания.

«Нэнэйка (в переводе с татарского означает «бабушка» – прим. ред.) была такая чистюля, дома все блестело, и от нее самой всегда так вкусно пахло!» – вспоминает Гульназ (младшая дочка Разины). – Она была и добрая, и строгая одновременно. Считала себя счастливым человеком и часто повторяла: «Я каждое утро радуюсь, что у нас на столе есть еда!» Никогда крошки со стола не смахивала, аккуратненько соберет и скушает. Мама раньше постоянно пекла хлеб, и я носила его нэнэйке. Она возьмет буханку, поцелует, прижмет к сердцу и только потом на стол положит. И всегда так делала. В деревне ее часто приглашали почитать Коран. Она знала арабский и научила молитвам мою маму и тетю Райсу.

Жила, по словам родных, Магдания всегда отдельно, своим домом, просьбами никого не беспокоила, только когда стала плохо себя чувствовать, ее к себе забрали внучки. «Живу на всем готовом, как в раю, сколько же он продлится?» – говорила она с благодарностью. Рай продлился три месяца, на девяностом году жизни Магдания ушла к своему Мирсаиту. Как много она сделала, сохранив жизнь их девочкам: у Райсы и Разины на двоих восемь детей, девять внуков и девять правнуков…

Как съесть корову или быка целиком – «Еда»

Печень

Дмитрий Зотов:

«Чаще всего из печени готовят паштеты. Печень не особенно мягкая, ее тоже надо пожевать — в ней есть сосуды, соединительные ткани. Но у мяса есть свойство получаться резиновым, а у печени — нет. Как бы ее ни пересушили, она все равно будет распадаться на языке на маленькие фракции. Я из печени, например, как-то и мороженое сделал: парфе из печени теленка. Это такой же печеночный паштет, только холодный, с текстурой, как у пломбира».

Игорь Бедняков:

«Перед готовкой из печени надо удалить протоки и снять верхнюю пленку. Затем ее можно нарезать плоскими кусками и пожарить с кровью, как стейки. А можно нарезать печень кубиками и нарезать как шашлык. Печень, разумеется, хорошо тушить в сливочном соусе, из нее также получаются отличные начинки для пирожков».

Роман Редман:

«Печень хорошо готовить с вином до средней прожарки. Я делаю так: вынимаю из мозговой кости мозг, кидаю на сковородку, а когда из него выйдет жир, обжариваю на нем печень. Когда она приобретет красивый колер, надо ее посолить, поперчить, добавить чуть-чуть тростникового сахара (для карамелизации и усиления вкуса самой печени) — и поставить в духовку, разогретую до 170–175 градусов на 3–5 минут. А все, что осталось на сковородке, заливается хорошим полусладким вином, к этому добавляется лук-шалот и мелко рубленный фенхель — и надо выпарить жидкость до ликерного состояния. Этим соусом полить готовую печень».

Иван Шишкин:

«Печень — это мой первый интерес в туше. Лучше сырая, теплая, не позднее четырех часов с момента забоя туши. Одно из самых вкусных блюд из говядины, что я ел, были тонко нарезанные, как сашими, лепестки печени, политые соевым соусом и лимонным соком с имбирем, с крошкой яблока и лука. Я и сам такое делал, потому что знал: это съедобно. У некоторых охотников есть традиция — первым делом съедать еще теплую печень только убитого животного. Это немного опасно, мало ли что в ней живет, но, видимо, охотничий раж людей толкает и на это — или у охотников есть представление, как должна выглядеть здоровая печень. Впервые я с таким столкнулся году в 89-м, когда мы студенческой компанией ходили в поход в Саяны. В тайге встретили хакаса, мы ему дали сигарет, а он нам рассказал, где у него на берегу кладочка: мол, возьмите что надо и попробуйте лосиную печень. Мы там нашли свежепосоленного хариуса, значительную часть лося и печень, еще теплую. Попробовали — было чуднó: странный вкус, все же лось — дикое животное.

Говяжья печенка изрезана сосудами и жилками. Когда режешь ее, чувствуешь, как она скрипит под ножом. А очень свежая печень не хрустит — она нежная, с обалденной текстурой. Через четыре часа после смерти животного начинается процесс распада. В печенке много крови, а она долго не живет в свежем виде, плюс у печени бешеная ферментная активность, в результате она начинает есть саму себя, расползаться. Так что сырую печень (если есть под рукой ветеринар, который скажет, что все в порядке) можно есть, пока туша не начнет коченеть, а это как раз примерно четыре часа.

Однажды я запарился и научился вынимать из печени все сосуды с помощью плоскогубцев: так на обработку целого органа уходит минут двадцать. Берете большую долю печенки, хватаете плоскогубцами за крупный сосуд, чуть вытягиваете, а дальше пальцами по нему идете вглубь и вытаскиваете всю сетку. В какой-то момент в руках у вас останется эдакий осьминог из протоков, а в печени — дырки размером примерно с палец. Обжарьте его целиком на горячей сковороде: дырки схлопываются и получается огромный стейк из печенки — нежный, розовый, зовущий. Если же вы будете нагревать печенку с сосудами, они начнут сокращаться, печень скукожится, станет значительно жестче — есть такое нездорово. В общем, я всем советую обрабатывать печень. Насколько я знаю, никто так не делает — ленятся, наверное».

лев-золотая корова-сухарики-банан-110г | Персонализированная служба доставки VIPEX